Тема Алтая и Белухи в творчестве великого русского художника Николая Рериха интересует многих, поскольку отражает и художественные, и мировоззренческие поиски мастера. Горные вершины всегда олицетворяли для художника восхождение к духовным высотам, а священная гора Алтая Белуха на его картинах выступает ещё и символом великого будущего.

Е. Писарева. Елена Петровна Блаватская. Биографический очерк. — 60 с. Брошюра. Формат 143 х 200. Е.Ф. Писарева (1853 – 1944) — теософ, писательница. Её очерк о Е.П. Блаватской Е.И. Рерих считала одним из лучших жизнеописаний основательницы Теософского движения, писала, что эта книга «заложит основание новому пониманию нашей гениальной соотечественницы».

В наше время — время рубежное, переломное — особенно сильно и значимо звучат слова Достоевского о России и предназначенном ей Пути. (...) «Скажут иные: не может же Россия идти навстречу явной своей невыгоде? Но, однако, в чём выгода России? Выгода России именно, коли надо, пойти даже и на явную невыгоду, на явную жертву, лишь бы не нарушить справедливости. Не может Россия изменить великой идее, завещанной ей рядом веков и которой следовала она до сих пор неуклонно. Эта идея есть всеединение славян; но это — не захват и не насилие, а ради всеслужения человечеству. Да и когда, часто ли Россия действовала в политике из прямой своей выгоды? Не служила ли она, напротив, всего чаще чужим интересам с бескорыстием, которое могло бы удивить Европу, если б та могла глядеть ясно, а не глядела бы, напротив, на нас всегда недоверчиво, подозрительно и ненавистно».

Не будет преувеличением сказать, что одной из наиболее трагичных страниц в истории человечества является представление о конечности существования человека, о его обречённости в момент смерти на уничтожение, на небытие. (...) На протяжении тысячелетий различные религии и философии предлагали своё объяснение смерти и своё оправдание жизни. Мы рассмотрим позицию Учения Живой Этики, которое не признаёт конечность человеческого существования и утверждает его непрерывность благодаря вечной смене одних форм другими. Тем самым понятие смерти как таковой отрицается.

В Живой Этике подчёркивается потенциальная бесконечность совершенствования сферы внешних и внутренних чувств в силу многомерности человеческой природы. Там, где, например, физический слух ограничен, человек имеет возможность пробуждения слуха своего тонкого тела, диапазон чувствительности которого намного шире. Важно, что воспитание тонких чувств может и должно начинаться в земной жизни и будет продолжаться во всех мирах существования сознания.