Наталия Дмитриевна и Поэзия. Несомненно, у каждого из нас в душе немало воспоминаний, связанных с этой прекрасной темой. И все они наполнены чем-то несказуемым, что трудно бывает передать и выразить в словах.

Чем для Наталии Дмитриевны была Поэзия? По её словам, «Поэзия — это целая Держава», и этот громадный и удивительный Мир был ей открыт, она постоянно в нём пребывала и, любя его, стремилась и нам открыть вход в эту прекрасную Державу.

Когда я думала, о чём рассказать сегодня, в памяти неизменно вставал день, который я для себя назвала «открытием Поэзии». Это было в начале 1990-х годов. Стояла чудесная золотая осень, весь Академгородок был залит золотым цветом: листва на деревьях переливалась всеми красками осени — от нежно-жёлтых до ярко-оранжевых и багряных. По глубокому синему небу плыли ослепительно белые облака...

В один из таких дней я пришла к Наталии Дмитриевне. Она сидела за своим рабочим столом, а за окном в лучах яркого осеннего солнца трепетала золотая листва, и казалось, что вся её квартира и она сама залиты ослепительным золотым сиянием.

Видимо, и погода, и красота природы — всё благоприятствовало тому, чтобы эту встречу Наталия Дмитриевна начала с Поэзии. Она сказала, что сейчас прочитает одно из своих любимых стихотворений, но прежде просит меня закрыть глаза и постараться представить всё, о чём будет в нём говориться. Имя автора стихотворения — Георгий Иванов — мне тогда было не знакомо. Это теперь мы, благодаря Наталии Дмитриевне, знаем, что это поэт Серебряного века, который был дружен с Н. Гумилёвым, после революционных событий в России жил за рубежом и был там хорошо известен.

Я закрыла глаза, и Наталия Дмитриевна стала читать. И я увидела такую картину: море в лучах закатного солнца, шум набегающих волн и двое влюблённых, идущих по берегу, — единственных во всём этом прекрасном мире.

Наталия Дмитриевна читала так, что я как бы стала живым свидетелем того, о чём говорилось в стихотворении, воочию увидела всё и пережила чувства, описываемые поэтом. Это были удивительные мгновения... Такое не забывается.

Вот эти строки:

Увидев, какое впечатление произвело на меня стихотворение, Наталия Дмитриевна пояснила, что стихи нужно читать, проживая каждое слово и хорошо представляя то, о чём читаешь, тогда смысл стихотворения дойдёт до слушателя. Ещё сказала, что, читая, представляла себя идущей вдоль берега моря и именно ей поэт объяснялся в любви.

Что было замечательно в беседах с Наталией Дмитриевной о поэзии — она всегда комментировала отдельные строки, делилась своими впечатлениями о произведении. Так, в этом стихотворении она обратила внимание на сочетание противоположных по значению определительных: «холодное солнце», «прохладный огонь», пояснив, что это рождает у читателя определённые образы и ощущения. Особенно её восхищало сравнение закатного солнца, погружающегося в вечернюю дымку, с сердцем, бьющимся в груди влюблённого поэта.

Наталия Дмитриевна всегда старалась пояснить малознакомые слова, которые могли быть непонятны неискушённому слушателю. «Золотые Сады Гесперид», — сказала она, — это в древнегреческой мифологии охраняемые нимфами сады с золотыми яблоками, дарующими бессмертие. Также она отметила, что это стихотворение написано одним из самых «лирических» размеров — пятистопным анапестом, в котором каждая из пяти ритмических групп состоит из трёх слогов с ударением на третий.

Таким было моё «посвящение» в Поэзию.

После было ещё немало подобных бесед и открытий в мире Поэзии. И всегда, входя в квартиру Наталии Дмитриевны, ты словно входил в какой-то другой мир, в котором не существовало физических измерений места и времени. Это ощущение можно выразить лишь словами самой Наталии Дмитриевны, которая сказала однажды, что, когда она приходила к Борису Николаевичу Абрамову, она словно открывала дверь в Беспредельность. Так было и с нами. Мы никогда не знали заранее, какие чудесные дары готовит нам встреча с Наталией Дмитриевной, и оттого эти встречи были ещё волшебнее, ещё прекраснее.

А какая радость была, придя к ней, получить из её рук листочек с только что отпечатанным новым стихотворением! Так было однажды — такой же золотой осенью, с таким же синим-синим небом и плывущими по нему алебастрово-белыми облаками, — когда я получила от Наталии Дмитриевны стихотворение «Осень».

Это стихотворение, тоже написанное пятистопным анапестом, вызвало у меня восторг и сразу же полюбилось — может быть, ещё и потому, что в нём было выражено всё, что пережили мы в эту осень, гуляя с Наталией Дмитриевной по Академгородку и любуясь необыкновенной красотой природы.                   

Это стихотворение — образец прекрасного владения Наталией Дмитриевной мастерством стихосложения. В нём столько интересных художественных находок: от дивных образов природы со всеми её красками до осмысления пройденного этапа жизни. Наталия Дмитриевна также очень искусно использовала здесь приём аллитерации — повторение сходных звуков или слогов в близко расположенных словах, что создаёт своеобразную «музыку стиха».

Сегодня, когда прошло столько лет, мы понимаем, что те встречи и беседы были неповторимым и несказуемым даром жизни. В те годы мы просто купались в лучах светоносной энергии Наталии Дмитриевны, не осознавая до конца, какого счастья удостоились.

Как-то одна сотрудница, на долгое время оказавшись в больнице, позже делилась с Наталией Дмитриевной, что в особенно тяжкие моменты она переносилась мысленно в её квартиру, вспоминала встречи с ней и как бы питалась той атмосферой, что давало ей силы. Наталия Дмитриевна воскликнула: «Так эта атмосфера для того и создавалась, чтобы питать всех, кто в этом нуждается!»

И сегодня, вспоминая те далёкие встречи, мы вновь переносимся в ту чудесную атмосферу, приобщаемся к ней, ощущаем эти дивные вибрации. И можем сказать словами известного писателя: «Это праздник, который всегда с тобой».

Спасибо, дорогая Наталия Дмитриевна, за Свет, за Радость, за новую жизнь, подаренную нам.