Журнал:

В 1851 году, будучи в Лондоне, она [Е.П. Блаватская] наконец встретила Учителя из своих снов. Позднее Е.П. Блаватская подробно рассказала графине Вахтмейстер об этой встрече: «...как-то раз, прогуливаясь, она с изумлением увидела на улице высокого индуса рядом с какими-то индийскими принцами. Она тут же узнала его... Ей хотелось кинуться к нему и заговорить, но он знаком велел ей оставаться на месте, и она стояла как зачарованная, пока он не прошёл мимо. На следующий день она отправилась в Хайд-парк, чтобы побыть одной и обдумать это необыкновенное происшествие. Подняв голову, она увидела тот же самый облик; приблизившись к ней, Учитель сказал, что он прибыл в Лондон с индийскими принцами по важному делу, что он непременно должен переговорить с ней наедине, потому что ему требуется её участие в работе, которую он собирается предпринять. Он... также сказал, что ей придётся провести три года в Тибете, чтобы подготовиться к выполнению этой важной задачи».
Графиня добавляет: «Я сама была в Англии, когда там находились эти индийцы, и помню рассказы о том благородном зрелище, которое они собой являли, и что один из них был очень высок». А по словам Е.П. Блаватской, её Учитель был очень высокого роста.
Вскоре Е.П. Блаватская выехала в Индию через Америку, потому что ей страстно хотелось сначала увидеть Новый Свет. Она побывала в Канаде, Центральной и Южной Америке, и некоторые из исследований, предпринятых Еленой Петровной в Центральной Америке, описаны в её книге «Разоблачённая Изида». Затем два года она находилась в Индии и пыталась проникнуть через Непал в Тибет, но вмешательство британского представителя расстроило её планы.
Потом Елена Петровна вернулась в Европу и в Лондоне вновь встретилась с Учителем. После этой встречи она приехала в Нью-Йорк и начала путешествовать по Америке. Один из её современников, американский учёный А. Росон, вспоминал о том, как она в то время выглядела: «Лицо у неё было круглое, как луна, — такая форма высоко ценится на Востоке; глаза ясные и чистые, мягкие, как у газели, когда она спокойна, но вспыхивающие по-змеиному, когда она сердится или возбуждена. Лет до тридцати она сохраняла девичью фигуру, гибкую, мускулистую и хорошо сложённую, способную радовать глаз художника. Руки и ноги у неё были маленькие и изящные, как у нежной девушки...
Она была неутомимой искательницей знания, постоянно работающей и неудовлетворённой. Больше света, больше фактов, прогрессивные теории, различные гипотезы, новые предположения — постоянное устремление к идеалу».
В книге «Разоблачённая Изида» Е.П. Блаватская пишет о двух мучающих её постоянно вопросах, ответы на которые она искала во время своих многочисленных странствий: первый — где, кто, что есть БОГ? Второй — кто видел когда-нибудь бессмертный ДУХ человеческий и смог убедиться в бессмертии человека?
«Стремясь изо всех сил разрешить эти ставящие в тупик вопросы, мы именно тогда и соприкоснулись с некоторыми людьми, наделёнными такими таинственными силами и такими глубокими познаниями, что поистине мы можем назвать их мудрецами Востока... Они показали нам, что при объединении науки с религией существование Бога и бессмертие человеческого духа могут быть доказаны так же, как теорема Евклида».
Это пребывание Блаватской в Америке длилось два года, после чего она во второй раз отправилась в Индию.
Об этом Блаватская писала: «В 1856 году я поехала в Индию только потому, что тосковала по Учителю. Ездила из одного места в другое, никому не говоря, что я русская, и люди считали меня той, кем мне хотелось... Вздумай я описать моё пребывание в Индии в том году, вышла бы целая книга».
Часть этого путешествия действительно вошла в книгу «Из пещер и дебрей Индостана». Е.П. Блаватская в художественной форме изложила свои путешествия с Учителем, который выведен в книге под именем Гулаб-Синг. Она писала: «Приводимые мной факты и персонажи подлинные, я просто собрала вместе в трёх-четырёхмесячном отрезке времени события и случаи, происходившие на протяжении ряда лет, равно как и часть феноменов, которые показывал мне Учитель».
Не сумев проникнуть в Тибет через Непал во время первого посещения Индии, Блаватская предпринимает новую попытку пробраться туда через Кашмир, которая тоже не увенчалась успехом.
Елена Петровна снова вернулась в Европу. ­Несколько лет она жила в России; путешествовала по Персии, Сирии, Ливану, Египту, Греции, Италии. Она рассказывала Олькотту, что в 1867 году в Метане, маленьком городке к северу от Рима, она сражалась на стороне Гарибальди против французских и испанских войск и получила пять ранений. Оправившись от ран, Елена Петровна продолжала странствовать, пока наконец не получила предписание Учителя вернуться в Индию и следовать в Тибет, где она провела почти три года.
В одном из писем, отвечая на вопрос, зачем её туда посылали, Елена Петровна писала: «Действительно, совершенно незачем ехать в Тибет или Индию, дабы обнаружить какое-то знание и силу, ''что таятся в каждой человеческой душе''; но приобретение высшего знания и силы требует не только многих лет напряжённейшего изучения под руководством более высокого разума, вместе с решимостью, которую не может поколебать никакая опасность, но и стольких же лет относительного уединения, в общении лишь с учениками, преследующими ту же цель, и в таком месте, где сама природа, как и неофит (ученик), сохраняет совершенный и ненарушаемый покой, если не молчание!»
Последний период жизни Е.П. Блаватской, который она, начиная с 1873 года, провела последовательно в Америке (1873 – 1878), Индии (1878 – 1884) и Европе (1884 – 1891), был настолько известен, что его можно проследить день за днём во всех подробностях.
В 1873 году, по указанию Учителя, Елена Петровна отправилась в Америку. Этот переезд ознаменовался совершенно необыкновенным эпизодом. При посадке на пароход, следующий из Гавра в Нью-Йорк, уже подходя к трапу, она увидела, что на пирсе сидит бедная женщина с двумя маленькими детьми и горько плачет. «Отчего вы плачете?» — спросила она. Та рассказала, что муж прислал ей из Америки денег на дорогу и она всё истратила на самые дешёвые билеты в третьем классе, а они оказались фальшивыми. Где теперь искать мошенника, который столь бессердечно обманул её, она не знала и оказалась совершенно одна, без денег, в чужом городе. «Идёмте со мной», — сказала г-жа Блаватская и направилась прямо к агенту пароходной компании, уговорив его обменять её билет первого класса на билеты в третьем классе для себя и бедной женщины с детьми.
Всякий, кто хоть раз пересекал океан третьим классом, среди толпы эмигрантов, по достоинству оценит такую жертву со стороны женщины с тонкой чувствительностью... На эмигрантских судах до третьего класса можно было добраться, только спустившись по трапу через люк. Через такие люки практически не поступал воздух, к тому же в плохую погоду их задраивали. В течение двух недель Блаватская пересекала океан в духоте, давке, при плохой пище и воде и отсутствии элементарных удобств.
В письме к одному из своих современников Елена Петровна так обозначила цель своего приезда в Америку: «Я послана сюда, в эту страну, моей Ложей, дабы сказать правду о современном спиритуализме, и мой самый святой долг — раскрывать то, что есть на самом деле, и разоблачать то, чего нет».
Через несколько месяцев Е.П. Блаватская основала в Америке Теософское общество.
Слово теософия состоит из двух греческих слов: Теос — Бог и София — Мудрость, и означает, по определению Блаватской, Божественную мудрость.
Священному делу теософии она была верна всю свою жизнь; она отдала ему здоровье, время и всю душу, в нём узнав наконец то дело, которому была предназначена.
В Америке она встретила Генри Олькотта, ставшего до конца её дней её верным сотрудником. Пробыв в Америке пять с половиной лет, Блаватская вернулась в Индию и основала подобное Теософское общество в Адьяре.
Дочь Джавахарлала Неру Индира Ганди, премьер-министр Индии, выступила в 1983 году с речью в адьярском Теософском обществе.
Вот что она, в частности, сказала: «Теософское общество объединяло тех, кто ищет истину. Хорошо известна его роль в культурном и политическом возрождении Индии. Тончайшая сила, присущая устремлённости к истине, позволила ему в самом начале устоять против враждебности и попыток искажений. По-видимому, именно этим теософское движение привлекало моего отца... и, вероятно, теософские взгляды во многом отвечали его универсализму, его уважению к различным верованиям и отвращению ко всяким проявлениям фанатизма».

«Круглый стол» СибРО, 27 мая 2001 г.
Продолжение следует
 

Рассказать о статье друзьям:

Работа СибРО ведётся на благотворительные пожертвования. Пожалуйста, поддержите нас любым вкладом: