Дух миротворца спустился на Землю, и наши сердца озарились любовью.

 СибРО — живой организм. Процесс становления, формирования Общества — сложный процесс. Опыта такого не было в Новосибирске, и тем более на периферии. Мы, вдохновлённые Наталией Дмитриевной Спириной, приезжали на «круглые столы» ежемесячно с начала 1990-х годов за опытом, поддержкой, её живым словом.

В середине 1990-х началось строительство музеев Рериха: сначала на Алтае, затем в Новосибирске. Организационные вопросы, слаженность работы волновали многих из нас, сотрудников иногородних Рериховских обществ. Время становления СибРО было сложным, в руководстве менялись сотрудники, и для некоторых из них оказывалось, что личное было важнее общего. Нам всё это было непросто понять, не всегда была возможность получить разъяснения от Наталии Дмитриевны, поэтому некоторые не понимали, отходили. Но мы ждали, надеялись, работали... И когда Наталия Дмитриевна сказала на «квадратном столе», что «Север проснулся», то эта весть прозвучала как долгожданная и многозначительная. Вскоре Наталия Дмитриевна пригласила из Нягани работать в СибРО Ольгу Андреевну Ольховую. С её приходом постепенно расставились приоритеты: дело вышло на первый план, ярко обозначилась, стала всем понятна и очевидна роль инициатора всей деятельности СибРО — Наталии Дмитриевны. Сложности были, в таких великих делах как без них?.. Но Ольга Андреевна была миротворцем, входя незаметно во все дела, становилась частью этих дел. Постепенно атмосфера в коллективе нормализовалась, окрепло единение.

Для меня она была как сестра родная и даже больше: доброжелательная, но и суровая, в зависимости от обстоятельств. Помогала мне словом, взглядом, направляла. На раннем этапе деятельности Музея в Новосибирске не было графика работы экскурсоводов. Однажды пришла группа посетителей, и Ольга Андреевна предложила мне провести экскурсию. Посетители вошли в выставочный зал первыми, я за ними, Ольга Андреевна — за мной, и незаметно побрызгала маслом эвкалипта, которое, как мы знаем из Учения, защищает от негативных воздействий.  После экскурсии выяснилось, что среди посетителей были не совсем адекватные люди. Так была проявлена забота.

Был такой случай. Смотрители музея спросили: «Кто сегодня экскурсовод?», но подходящей кандидатуры не было, поскольку многие болели, а экскурсовод был нужен. Зашла Ольга Андреевна и тихо произнесла: «Сегодня экскурсовод Галина Валентиновна», — и так же тихо, без лишних слов, вышла. Она умела незаметно пройти, направить... Именно благодаря Ольге Андреевне состоялась моя деятельность как экскурсовода.

Как комета, пролетела Ольга Андреевна над нами, озарила нас своим лучистым взором. Я благодарю её за этот краткий, но в то же время бесценный миг, оставленный ею в наших сердцах. Душа скорбит, но есть мечта в будущем встречаться и трудиться на Общее Благо на бескрайних просторах судьбы.

Она перешла жизнь «как по струне бездну — красиво, бережно и стремительно».