Издательский центр РОССАЗИЯ                контакты          написать нам           (383) 223-27-55


Мысли на каждый день

Лучше недосказать, нежели переполнить и довести до предательства.

Братство, 211
"Мочь помочь - счастье"
Журнал ВОСХОД



Неслучайно-случайная
статья для Вас:

Актуально


Подписаться

Музей:         
                   
                   
Книги:         

 
 
 

ОТБЛЕСК НЕБА НА ЗЕМЛЕ. История Спасо-­Преображенского храма на Нередице

Автор: Подготовлено редакцией


* Фотослайдер листается щелчком мыши,
изображение появляется после загрузки всех кадров *

Фото 1

Рюриково Городище. Современный вид

Фото 2

Н.К. Рерих. СПАС НЕРЕДИЦА. 1904

Фото 3

Церковь Спаса на Нередице до реставрации. Фото 1903 г.

Фото 4

Спасо­Преображенская церковь после реставрации (после 1904 г.)

Фото 5

Фреска церкви Спаса на Нередице. Копия В.А. Прохорова. Нач. 1870­-х гг.

Фото 6

Копия росписи купола Спасо-­Преображенской церкви. Акварель. Конец XIX в.

Фото 7

Фрески в церкви Спаса на Нередице. Фото И.Ф. Чистякова. 1903

Фото 8

Архангел Михаил. Фреска церкви Спаса на Нередице. Фото до 1941 г.

Фото 9

Евангелист Иоанн. Фреска церкви Спаса на Нередице. Фото до 1941 г.

Фото 10

Богоматерь Знамение. Спас на Нередице. Фото нач. XX в.

Фото 11

Частично восстановленные фрески церкви Спаса на Нередице

Фото 12

Частично восстановленные фрески церкви Спаса на Нередице

Фото 13

Руины Спаса на Нередице. 1945 – 1946 гг.

Фото 14

Церковь Спаса на Нередице. Современный вид

Фото 15

Князь Ярослав подносит храм Христу. Копия фрески церкви Спаса на Нередице. Исполнитель Л.А. Дурново. 1930


Теги статьи:  христианство

Светлана КОВАЛЁВА

Поэзия старины, кажется, самая задушевная... Старина, притом старина своя, ближе всего человеку...

Н.К. Рерих

Изучение старины, прошлого человечества осуществляется по разным источникам — летописям, письменам, предметам, найденным при археологических раскопках. В России первые раскопки начали проводить в конце XVIII века. Середина XIX века характеризуется уже развитием археологии как науки, появлением Императорского Русского археологического общества.

Н.К. Рерих увлекался археологией с детских лет, в 16 уже вёл самостоятельные раскопки в Изваре. В студенческие годы он становится членом Архео­логического общества и с 1898 года сотрудничает с Петербургским археологическим институтом. Более десяти лет Николай Константинович активно участвует в раскопках в Петербургской, Псковской, Новгородской и других губерниях, собирает коллекцию древностей каменного века, которая к 1910 году насчитывала уже более 30 000 артефактов. Он много путешествует по историческим местам России, изу­чает истоки русской культуры, пишет статьи, в которых поднимает вопрос об огромной художественной ценности древнерусской иконописи и архитектуры.

В 1910 году Н.К. Рерих совместно с археологом Н.Е. Макаренко проводит раскопки на Рюриковом Городище близ Новгорода. Эти работы были очень кратковременны, и Рерих был огорчён тем, что они не дали тогда значимых результатов. Он писал жене Елене Ивановне: «Обнаружились вполне очертания церкви 1565 года... Интересно, остались ли под нею остатки церкви, построенной в 1165 году и сгоревшей в 1201 г. Вот эти остатки могут быть любопытны»1.

С середины IX века Рюриково Городище играло ведущую роль в землях, расположенных у истока Волхова и в Поозерье — «по озеру» Ильмень. По преданию, отмеченному в летописях, сюда на княжение из скандинавских стран был призван князь Рюрик. Самые древние культурные слои, обнаруженные здесь во время археологических раскопок, относятся к середине IX века, а по летописям, в 862 году и был призван Рюрик. Находки учёных подтверждают, что именно здесь был административный центр, двор князя, отсюда и название — Рюриково Городище.

Новгород возник на столетие позже, в середине Х века. С 30-х годов XII века в Новгороде установилась вечевая республика и возник обычай: не Киевский престол назначал князя, а сами новгородцы приглашали его, платили ему и определяли круг обязанностей, одна из которых — защищать рубежи города, другая — вершить суд. Князья не были абсолютными правителями, и если новгородцев не устраивал тот или иной князь, они изгоняли его (или, как говорится в летописях, указывали дорогу) и приглашали другого.

В 1181 году из Владимира от Всеволода Большое Гнездо, к которому обратились новгородцы с просьбой прислать им князя, в Новгород приехал Ярослав Владимирович. Не просто складывались у него отношения с новгородцами: трижды он избирался на княжение и трижды оставлял княжеский стол. Его имя могло уйти из исторической памяти, но оно не исчезло, не затерялось — благодаря храму Спаса Преображения, построенному вблизи княжеского городища, на холме Нередица. В летописи упоминается, что в 1198 году в княжеской семье погибли сразу два сына — Изяслав и Ростислав, и далее говорится: «Въ то же лѣто заложи церковь камяну князь великій Яро­славъ, сынъ Володимиръ, вънукъ Мьстиславль, во имя Святаго Спаса Преображенія, Новѣгородѣ на горѣ, а прозвище Нередицѣ; и начаша дѣлати мѣсяца іюня въ 8, на святаго Ѳедора, а концяша мѣсяца сентября». В такой короткий срок церковь могла быть только построена, роспись её производилась в следующем году. Но князь не увидел завершения своего замысла, потому что он уже покинул Новгород.

Место для постройки Спасо-Преображенского храма было выбрано в высшей степени удачно. С Нередицкого холма открывается широкая панорама новгородских окрестностей. Ландшафт скромный, даже, пожалуй, однообразный: заливные луга, местами болота, невысокие холмы, поросшие мелким кустарником. Особое обаяние ландшафту придаёт величавое течение реки Волхов.

Ощущение простора — главное очарование вида, открывающегося от храма. Он кажется центром притяжения окружающего пространства, он словно стягивает и одновременно излучает его. «Привлечь к себе любовь пространства» храм на Нередице сумел не только обаянием художественного облика, но и благодаря своему местоположению.

Нередицкая церковь за восемь веков претерпела разные бедствия, разорения и пожары. В 1386 году она была разграблена самими новгородцами. В середине XVI века в церкви случился пожар, который коснулся лишь верхней части храма и не повредил фресок. В 1611 году, во время шведского разорения, Нередицкая церковь была опустошена и разграблена, однако уже через несколько лет восстановлена и освящена.

В начале XIII века рядом с храмом был основан Нередицкий мужской монастырь, который много способствовал сохранению церкви. Во второй половине XVII века бедность и малочисленность иноков, притеснения, чинимые монастырю со стороны Новгородской епархии, привели к тому, что он был упразднён и обращён в приходскую церковь. В XIX веке Нередицкая церковь уже числится приписною, то есть находится в ведении другого храма. Но именно отсутствие у монастыря средств послужило сохранению драгоценных фресок церкви: не было денег — не было и возможности «исправлять» и «поновлять» стенопись, что часто приводило к утрате произведений искусства.

Летом 1899 года Н.К. Рерих по заданию Археологического института путешествовал по Ладоге и Волхову. В статье «По пути из варяг в греки» он писал: «Наиболее цельное впечатление из всех новгородских древностей производит церковь Спаса на Нередице. (...) Спасская церковь по древности, а главное, по сохранности является памятником исключительным... (...) Ракурс Спаса с берега, пожалуй, ещё красивей, нежели его дальний вид. Колокольня несколько позднейшей постройки, но зато сам корабль очень строен и характерен. Живопись, сплошь покрывающая стены и теряющаяся во мраке купола, полна гармонии, ласкает глаз на редкость приятным сочетанием тонов, облагороженных печатью времени. Надо торопиться полно и достойно издать этот памятник — он уже требует серьёзного ремонта...»2

Ещё в 1892 и 1896 годах Новгородская духовная консистория обращалась к Императорской археологической комиссии с тем, что Спасо-Нередицкая церковь «нуждается в довольно солидном ремонте». Были проведены исследования и составлен проект ремонта. А в 1902 году в Комиссию поступило письмо профессора И.А. Шляпкина, в котором сообщалось, что после проведения исследовательских раскопок у фундамента церкви появились трещины в стенах, штукатурка облупилась снаружи, разрушаются своды внутри, фрески потускнели. Состояние церкви было критическим.

В 1903 году начались работы по её восстановлению. Одновременно художник и архитектор Л.М. Браиловский исполнил акварельные этюды фресок церкви, а фотограф Археологической комиссии И.Ф. Чистяков сделал с росписей около 200 снимков.

Летом 1904 года работы по ремонту продолжились: был укреплён фундамент и починён пол, выполнены переоблицовка купольного барабана и укрепление купольного свода, отреставрированы крыша и окна, удалена пристройка 1795 года, укреплена, где возможно, древняя штукатурка. Старая четырёхскатная крыша полностью заслоняла окна в куполе, из-за чего купольные фрески были погружены во мрак. Было принято решение восстановить купольные окна.

Ремонт церкви был произведён очень тщательно, но были допущены и ошибки: по верху здания пущен карниз, совершенно чуждый её архитектуре, наружные части стен облицованы новым кирпичом, положенным на цемент. Вместо неровной, волнистой поверхности стен, столь характерной для древнего строительства, получилась сухая гладкая стена с ровными острыми углами. Но не только декоративно пострадала от этого церковь — цемент закрыл все поры, стены перестали «дышать», то есть прекратилось нормальное циркулирование воздуха, и в здании появилась сырость, что сразу сказалось на росписи.

Н.К. Рерих в 1906 году с большой горечью писал: «Показали снимок незнакомой церкви. "Откуда это?" — "Вот ваш любимый Спас в новом виде". Сделался некрасивым чудный Нередицкий Спас. ...Его переделали. Нашли мёртвую букву Византии, отбросили многое, тоже веками сложенное. На пустом берегу, звеном Новгорода и старого Городища, стоял Спас одинокий. Позднейшая звонница, даже ненужный сарайчик пристройки, даже редкие вётлы волховские, всё спаялось в живом силуэте. А теперь осталась Новгородская голова на чужих плечах». И далее Николай Константинович пишет, как будто предчувствуя дальнейшую судьбу этого храма: «Спешите, товарищи, зарисовать, снять, описать красоту нашей старины. Незаметно близится конец её. Запечатлейте чудесные обломки для будущих зданий жизни»3.

В 1915 – 1916 годах вблизи Нередицкого холма началось строительство стратегически важной железнодорожной магистрали Петроград – Новгород – Орёл, один участок которой планировалось проложить близко к храму Спаса Преображения. Начавшееся строительство перекрыло русло правого рукава Волхова, в результате чего началось заболачивание местности. Это отразилось и на памятнике: сырость в церкви стала увеличиваться. Императорское археологическое общество, Новгородское общество любителей древности обратились в министерство путей сообщения с просьбой охранить интересы новгородской старины и изменить направление железной дороги, угрожающей разрушением Спаса Нередицы. Развернулась яростная борьба, и всё же дамба, ухудшавшая состояние храма и росписей, была построена.

В 1919 – 1920 годах потребовался спешный ремонт церкви: была сбита вся цементная облицовка 1903 года и убран карниз. Но процесс разрушения фресок продолжался.

Новгородцы ставили храм, «как мера и красота скажут». Удивительная гармоничность Нередицкого храма, слияние его с природой завоевали ему любовь и признательность народа. Но знаменит был Нередицкий храм ещё и фресками XII века. Благодаря Спасу на Нередице и появился такой термин, как «древнерусская живопись».

В конце XVIII века в России пробуждается глубочайший интерес к истории своей страны, появляются исторические исследования — вспомним труды В.Н. Татищева, Н.М. Карамзина по истории России. Появляется интерес к родной литературе, который начался с открытия «Слова о полку Игореве». Только одна область не была охвачена этим интересом — древнее изобразительное искусство. Его не знали. Ещё во время татаро-монгольского нашествия русскому искусству был нанесён громадный урон, города разорялись, и мало что сохранилось. А в XVIII веке в Россию хлынуло западно-европейское искусство, и Россия с Петровских времён перенимала и копировала европейские образцы. В храмах старые росписи сбивались и писались новые. Сохранившиеся иконы были закопчёнными, почти чёрными, так как в старину красочный слой покрывался олифой, которая со временем темнела, и разглядеть что-либо было невозможно. Такие иконы скоблились и поверх писались другие. Древнерусскую живопись никто не видел.

Но вот в XIX столетии открылось, что в Новгороде существует храм XII века, где сохранилась древняя живопись. В 1862 году художник Н.А. Мартынов по заказу Императорского археологического общества сделал зарисовки сохранившихся фресок Нередицы, которые в 1867 году были отправлены в Париж на Всемирную выставку и так поразили публику, что по распоряжению Наполеона III в честь храма Спаса Преображения на Нередице была отлита бронзовая медаль. Европейская публика впервые увидела иконографический облик Древней Руси и была поражена красками, проникновенными образами. В России на фоне этого интереса стали развиваться реставрационные технологии, благодаря чему «открылись» иконы, и в конце XIX – начале XX века произошёл буквально взрыв в области изучения древнерусского искусства. Оказалось, что русская культура шла в русле всей мировой культуры и по своему уровню не уступала лучшим образцам византийского мира. Нередица являлась тому доказательством.

Как удалось установить, над созданием росписей храма работало около десяти мастеров. Хотя каждый из них придерживался своей манеры, им удалось создать поразительный по своему единству ансамбль. Все фрески исполнялись с учётом расстояния, с которого их видит человек. На верхних фресках светотень резче. На нижних — краски менее густые.

Фасады церкви были украшены небольшими фресками над входами. С западной стороны под деревянным навесом находилось величественное изоб­ражение Спасителя — Преображение. На северном фасаде — образ Успения Божией Матери. На южном — образ Николая Чудотворца. К сожалению, время не пощадило их, краски были смыты дождём, фрески разрушались и осыпались, а после реставрационных работ в 1903 – 1904 годах и вовсе были утрачены.

Фрески начинались от пола и покрывали все стены и своды. Этим Нередица коренным образом отличалась от византийских храмов. Там священные изображения, исполненные обычно мозаикой, занимают лишь купола, арки, своды, а стены целиком облицованы мрамором. Фрески Нередицы располагались друг над другом ярусами. Но их компоновка в пределах каждого яруса очень свободная, в ней нет симметрии. Всё это уподобляло росписи гигантскому цветистому ковру, сплошь затягивающему стены и своды. Среди красок преобладали жёлтые, голубовато-синие, красно-коричневые, белые и зелёные тона, образующие несколько пёструю цветовую гамму.

В куполе Нередицы, в отличие от киевских храмов, изображён не Христос Вседержитель, а Вознесение: восседающий на радуге Спаситель, окружённый шестью ангелами, ниже даны фигуры апостолов; посреди апостолов — Богоматерь, а по сторонам от неё два ангела; в простенках барабана изображены пророки. Такая обширная композиция купола встречается лишь в ранних византийских памятниках.

В парусах Нередицы вписаны традиционные фигуры сидящих евангелистов, между которыми помещены изображения святых Иоакима и Анны и двух нерукотворных образов Христа — Святой убрус (плат, лик Христа на ткани) и Святое чрепие (лик Христа на черепице). На арочных проёмах расположены медальоны с изображениями Севастийских мучеников. В проёмах арок обращают на себя внимание колоссальные поясные фигуры архангелов Рафаила, Уриила и Селафиила. Вместе с образами Михаила и Гавриила на восточном своде и фигурой херувима в арке жертвенника они образуют сложную «ангельскую иерархию». На Руси обычно ангелы рассматривались как покровители доблестного воин­ства и князей.

Учёных, исследователей этого храма, удивляла специфика его росписей. В них прослеживались две главные идеи. Первая — это идея духовного общения, таинства единения с Высшим. Вторая — тема Страшного Суда, Воскрешения и Жизни Вечной. Тут встречались вещи, не характерные для традиционной росписи, например роспись алтарной части.

Алтарь — самое сокровенное и значимое место в храме, именно здесь совершается таинство единения с Высшим. В центре алтарных росписей Нередицкой церкви помещён образ Христа в облике простого священника. С этим образом было связано изображение епископа Петра Александрийского в одной из ниш алтаря. По преданию, Пётр во время богослужения никогда не восходил на Горнее место4, а всегда становился рядом с молящимися и сослужащими ему, что вызывало их смятение. Когда его спросили: «Владыка, почему ты не восходишь на Горнее место?» — он отвечал: «Когда я обращаю свой взор туда — я вижу, что это место занято. А занято оно Христом».

В другой нише помещено изображение ветхозаветного сюжета: Илия Пророк в пустыне, питаемый вороном.

Христос изображён рядом с двумя персонажами: Иоанном Предтечей и святой женой в одеянии Богородицы. Но именуется она не Марией, а Марфой. Считали, что это Деисус. Но в деисусной композиции Богородица изображается с правой стороны, а Иоанн Предтеча — с левой. Художник не мог ошибиться в росписи, следовательно, сцена моления изменена специально. Иоанн — такое имя было дано князю Ярославу Владимировичу при крещении. Отсюда изображение его святого покровителя — Иоанна. А Марфа могла быть святой покровительницей жены князя. Таким образом, через святых покровителей в алтаре могла быть запечатлена молитва родителей ко Христу о даровании жизни вечной своим сыновьям, ушедшим так рано.

В полукуполе находилось изображение Богородицы, тоже необычное. К Богородице направлялись две процессии молящихся святых, возглавляемые с одной стороны князем Борисом, а с другой — князем Глебом. Борис и Глеб — первые русские святые, погибшие в расцвете лет, тоже прожили недолгую жизнь. И возможно, в их образах нашла отражение надежда на Воскресение и Жизнь Вечную.

На северной стене были выполнены изображения духовных воинов, которые молитвой защищали Русь и христианство, а на южной — воинов, положивших за это свои жизни на поле брани. На полукуполе ризницы — выразительное изображение Иоанна Предтечи. Облачённый в одежды пророка Предтеча представлен с развёрнутым свитком в левой руке и поднятой в жесте благословения десницей. В этом облике Крестителя акцент ставится на его проповеднической деятельности. В нижнем ярусе росписи ризницы было помещено изображение шестикрылого серафима. В книге Исайи раскрывается идейный замысел этой композиции: серафим, вкладывающий горящий уголь в уста пророка, пробуждает его пророческий дар. Здесь же находились сцены из жития святого Иоанна Предтечи. Роспись ризницы включала также двенадцать изображений святых жён, особенно почитаемых на Кавказе (известно, что жена Ярослава была осетинкой). Роль женщины в средневековой Руси была иной, чем мы представляем, более активной. В Нередицком храме было очень много изображений святых жён, среди которых и покровительницы семьи княгини (Ирина, Феврония, Феодосия), и византийские Устина, Дом­ника и Татиана.

Особое внимание привлекает фреска, посвящён­ная строителю храма князю Ярославу Владимировичу, написанная в XIII веке. Князь держит в руках модель построенной им церкви. Рядом с ним изоб­ражён Христос на троне, благословляющий этот храм. Ещё в 1871 году, при изучении истории русских одежд, к нередицким фрескам обратился художник В.А. Прохоров, который в процессе исследования сделал интересное открытие: усмотрев на голове Ярослава подобие татарской фески, он усомнился и решил отмыть верхний красочный слой. В результате под этим изображением князя открылось другое, первоначальное.

Над входом в храм с внутренней стороны был изображён ангел, держащий весы, на которых взвешиваются все человеческие дела. Это изображение открывалось взору каждого выходящего из храма, служа напоминанием, что суд свершается каждую секунду, каждое наше действие взвешивается на божественных весах.

Остальная часть церкви была украшена сценами из Священного Писания: «Рождество Христово», «Сретение», «Крещение», «Преображение», «Страшный суд». Многофигурные композиции чередовались с многочисленными рядами святых.

Храм был задуман как храм радости и торжества веры в обретение вечной жизни. Вся праздничная атмосфера его интерьера отражала эту идею. Нередица — это голос того времени, голос души русского народа.

Сильнейший удар по Нередице нанесла Вторая мировая война. Осенью 1941 года советская армия, отступая, оставила Новгород и закрепилась на оборонительном рубеже Липна – Нередица – Кириллов – Ковалёво – Волотово по руслу Волховца. 19 августа в Нередицу попал первый снаряд. Противостояние продолжалось до января 1944 года, и в течение этих лет древние храмы на линии обороны подвергались систематическим артиллерийским обстрелам со стороны немцев. После изгнания фашистов от Нередицы остались одни развалины, из которых торчали только зубцы разрушенных стен. Казалось, в этой груде камней погибло всё, что было в этом уникальном памятнике драгоценного для истории и искусства. Но уже в мае 1944 года было принято решение об организации в Новгороде реставрационной мастерской, а в августе начаты работы по разборке завалов.

Предварительные исследования руин показали: на стенах частично сохранились фрески, среди щебня имелось большое количество фрагментов росписи; завалы достигали 3 – 4 м в высоту, а значит, на эту высоту должны были сохраниться стены памятника. Полученные данные позволили сделать заключение о необходимости восстановления этого памятника XII века. В 1946 году начались раскопки руин Нередицы.

Раскопки велись очень тщательно, из-под завалов извлекались фрагменты фресок. Одновременно производилось укрепление грозивших падением частей здания, а сохранившиеся на стенах фрески немедленно укреплялись специалистами-реставраторами. Найденные фрагменты фресок просушивали и укладывали в корзины. Затем приступили к реставрации храма по чертежам, сделанным в начале ХХ века, благодаря которым и стало возможным восстановление памятника. Восстановление Нередицы было закончено в 1956 году.

Если храм можно было восстановить, то с реставрацией росписей возникли очень большие проблемы. В конце 1969 года художники-реставраторы приступили к работе над фресками. Осколки стен с фресками очищали от мусора, просушивали и раскладывали по ящикам. Через 15 лет с начала работ было принято решение о начале комплексной реставрации стенописи церкви. Были привлечены реставраторы, физики, археологи. В последние десятилетия были подключены компьютерные технологии, с помощью которых на основе обмеров и фотографий, сделанных в 1903 году, воспроизведены росписи храма в масштабе 1:1. В настоящее время идёт кропотливая работа по восстановлению отдельных фрагментов росписи Нередицкого храма. Задача реставраторов — хотя бы частично восстановить ту праздничную атмосферу, которая царила здесь восемь веков.

По решению ЮНЕСКО в 1992 году церковь Спаса на Нередице включена в список Всемирного наследия вместе с рядом других памятников Новгорода и его окрестностей.

Изучая фотографии и копии фресок храма, мы сделали вывод, что на многих картинах Николая Константиновича Рериха встречаются изображения и самого Нередицкого храма, и его росписей. Однажды увидев это чудо русской старины, художник в течение всей жизни не раз обращался к этому шедевру древнерусской иконописи и архитектуры.

Рерих писал: «Не нужно, чтобы памятники стояли мертвы, как музейные предметы. (...) Дайте памятнику живой вид, возвратите ему то общее, тот ансамбль, в котором он красовался в былое время, хоть до некоторой степени возвратите, — и многие с несравненно большей охотой будут рваться к памятнику, нежели в музей»5. «В жизни нашей многое сбилось, спутались многие основы. Наше искусство наполнилось самыми извращёнными понятиями, и старина, правильно понятая, может быть доброю почвой не только научной и художественной, но и оплотом жизни в её ближайших шагах»6.


Литература

1. Макарий, архимандрит. Археологическое описание церковных древностей в Новгороде и его окрестностях. М., 1860. Ч. 1 – 2.

2. Мясоедов В.К. Сообщения о нередицких фресках по материалам летних 1910 г. работ // Записки Отделения русской и славянской археологии Императорского Русского археологического общества. СПб., 1913. Т. 9. Протоколы заседаний ОРСА за 1910 г.

3. Мясоедов В.К. Фрески Спаса Нередицы. Л., 1925.

4. Пивоварова Н.В. Фрески церкви Спаса на Нередице. СПб., 2002.

5. Покровский Н.В. Стенные росписи в древних храмах греческих и русских // Труды Седьмого архео­логического съезда в Ярославле. 1887. Т. 1. М., 1890.

6. Покрышкин П.П. Отчёт о капитальном ремонте Спасо-Нередицкой церкви в 1903 и 1904 годах / Императорская археологическая комиссия. Материалы по археологии России. № 30. СПб., 1906.

7. Русские древности / Под ред. В. Прохорова. 1871. Кн. IV.: Материалы по истории русских одежд XII и XIII века.

8. Спасённые фрески церкви Спаса на Нередице. Фильм-лекция: В 2 ч. Режиссёр Татьяна Дьяконова. 2014.

9. Строков А. Нередица — памятник русского зодчества XII века. Новгород, 1940.

10. Суслов В. Церковь Спаса Нередицы, близ Новгорода. По акварельным рисункам Л.М. Браиловского и фотографиям И.Ф. Чистякова // Памятники древнерусского искусства. Вып. I – III. СПб., 1908 – 1910.

11. Толстой И., Кондаков Н. Русские древности в памятниках искусства. Вып. VI. СПб., 1899.

1 Рерих Н.К. Лада. Письма Елене Ивановне Рерих. 1900 – 1913. М., 2011. С. 220.

2 Рерих Н.К. Глаз добрый. М., 1991. С. 52 – 53.

3 Там же. С. 74.

4 Горнее место — возвышенная часть православного храма в центре восточной стены алтаря.

5 Рерих Н.К. Старина // Николай Рерих в русской периодике. Вып. II: 1902 – 1906. СПб., 2005. С. 219.

6 Рерих Н.К. Старина на Руси // Там же. С. 321.



Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru
Работа СибРО ведётся на благотворительные пожертвования. Пожалуйста, поддержите нас любым вкладом:

Назад в раздел : По городам и весям