Издательский центр РОССАЗИЯ                контакты          написать нам           (383) 223-27-55


Мысли на каждый день

Не разрушайте чужого храма, если не можете немедленно воздвигнуть на месте том новую храмину. Место храма не должно оставаться пустым.

Знаки Агни Йоги, 58
"Мочь помочь - счастье"
Журнал ВОСХОД

Неслучайно-случайная
статья для Вас:

Актуально


Подписаться

Музей:         
Книги:         

Высокий духовный подвиг Рихарда Рудзитиса. Беседы с сердцем

Автор: Рудзитис Рихард



Теги статьи:  Рихард Рудзитис

Рихард Яковлевич Рудзитис

Высокий духовный подвиг Рихарда Рудзитиса

19 февраля мы отметили знаменательную дату — 120 лет со дня рождения Рихарда Яковлевича Рудзитиса (1898 – 1960) — поэта, писателя, философа, близкого сотрудника и последователя Рерихов, председателя Латвийского Общества Рериха в 1930-х годах.

Николай Константинович и Елена Ивановна Рерих, с которыми Рихард Яковлевич вёл обширную переписку, высоко ценили его как преданного делу сотрудника, утончённого философа и талантливого писателя, автора стихов и книг, проникнутых высокой одухотворённостью. Елена Ивановна писала: «Дорогой Рихард Яковлевич, считаю Вас современным бардом Великого Грааля во всей всеобъемлемости этого Понятия. Учёный и поэт — это совмещение не часто встречается, а у Вас оно налицо, и учёность Ваша именно настоящая... Пишите и ничем не смущайтесь, Щит Света покрывает Вас» (19 декабря 1939 г.).

Предлагаем читателям фрагменты из сборника Р.Я. Рудзитиса «Беседы с сердцем». Часть их была написана во время его пребывания в лагере строгого режима в Коми, куда Рихард Яковлевич был сослан в 1948 году. Как вспоминала его дочь И.Р. Рудзите, «отец проявил бесстрашие и геройство в лагере, написав шесть книг стихов и афоризмов чернильным карандашом на лоскутках, которые пришивал внутрь своего бушлата, зная, что за такую работу грозит карцер или продление срока». Так появились многие произведения Рихарда Рудзитиса, впервые увидевшие свет только в 2009 году в книге «Избранное» (Минск, издательство «Звёзды Гор»).

Приведём пронзительные строки из воспоминаний художника Л.Р. Цесюлевича, предваряющих книгу: «Осень 1954 года... И тут узнаю: вернулся из лагеря Рихард Яковлевич!.. Вижу сразу — мыслитель, глубина чувств и страдания. Сильный духом человек, самостоятельный, как скала в бушующем океане. В нём целый мир. Громада знаний. И вместе с тем — резкая и жгучая боль, хотя скрытая. Никакой расслабленности, сидит в напряжении, выпрямившись. И даже пространство вокруг него напряжено...

Да, на лице видна скорбь, боль, глубина перенесённого. Нежнейший, добрейший человек, носитель культуры, чуткий поэт, жаждущий нести каждому свет через прекрасное, посвятивший всю жизнь не себе, но несению культуры, истины, блага для всех, — был осуждён, пытаем, терзаем. Но никого не предал, остался верен своему духу, своей цели. Не сломался, не приспособился, не озлобился... Прошёл тропой жгучих страданий с поднятой головой и несломимой верой в сердце, верой в Высшее».

В кратком предисловии к изданию, написанном президентом Международной организации «Звёзды Гор» М.Д. Скачковой, сказано: «Бардом Великого Грааля назвала Рихарда Рудзитиса Елена Ивановна Рерих. Это звание он оправдал всей своей жизнью и высоким духовным подвигом... Поэт и философ, борец за Знамя Мира, Рудзитис прошёл суровую школу жизни, но дух его не могли сломить никакие испытания, ни застенки Лубянки, ни долгие годы лагерей. Об этом свидетельствуют его труды, полные мужества, вдохновения и веры в прекрасное будущее». Жизнь Рихарда Рудзитиса «на века останется ярким примером служения общему благу. Мы приносим ему благодарность наших сердец за его бессмертные творения!»

Присоединимся к этим словам и отдадим дань почтения и глубокой признательности одному из героев духа, жизнью своей проложившему нам путь в лучшее будущее, — Рихарду Яковлевичу Рудзитису.

Рихард  РУДЗИТИС

  Беседы с сердцем 

Щедрое, чистое Сердце, всеобъемлющее, всё понимающее, свет излучающее, отзывающееся на все страдания, умиротворяющее безграничной благожелательностью и улыбкой радующее. Сердце, могущественное в бескорыстии, огненный факел преданности и самоотверженности, возносящее и руководящее несметными душами, о величайшее Сердце, ты — огненная чаша алмазов накоплений бесчисленных жизней, ты — Свет!

О маленькое, робкое сердце в моей груди, подражай, пылко стремись подражать ему. Стремись хоть немного быть похожим на дающее, всё освещающее Сердце.

Если у тебя зародился импульс сделать что-то хорошее, делай это немедля, или хоть в ближайшие часы, ибо, откладывая, взвешивая умом, ты можешь счесть это доброе дело не очень важным и нужным, или будешь чувствовать себя неловко, или поленишься, или — скорее всего — сложатся обстоятельства, которые помешают осуществить твоё доброе намерение. Нет, каждое доброе дело важное, и оно тем более плодоносно, если рождено семенем первого огненного импульса.

Абезь, 29.VI.1952

 

Скажи спасибо неблагодарным, они помогают нам воспитывать себя. Они заставляют глубоко задуматься над некоторыми своими негативными качествами: может быть, у них всё же есть какая-то, пусть небольшая правда. Углубляй, напрягай, просветляй эти качества, пока они не засияют! Именно так!

 

Всё думаю об искусстве взаимоотношений. Разве самым лучшим воспитательным методом не является всепобеждающая благожелательность? Разве это не лучший бальзам даже для самых тёмных, грубых сознаний?

Надо принимать человека, в конце концов, таким, как он есть. Прежде всего ищи в себе начало добра, потом в других. И к самому себе, о сердце, предъявляй самые высокие требования. Большинство людей, по-видимому, могут подняться лишь на «волосок» выше вчерашнего сознания. И так надо стараться даже на эту микро-меру, терпеливо «тащить их вверх». Это было бы достижением, если бы хоть на малую долю расширился их взгляд и утончились качества.

 

О Ты, Несказуемое, но ведомое сердцу, помоги мне неустанно выявлять и применять хоть искорку блага!

Пробуди во мне неустанное горение сердца, чтобы я мог повсюду умножать лишь добро.

Я слышу Твой голос: стань лучше уже в это мгновение, не завтра! Каждый день расширяй границы доб­ра в своём сознании. Смотри и твори в свете. Стань светом для каждого сердца!

30.VI.1952

 

Всё просто — если тебя кто-то обидел или даже оговорил, особенно, если это знакомый (близкий человек так не поступил бы, ибо сердце его тебе доверяет), иди сейчас же — если так велит твоё сердце — немедля, выясняй недоразумение, чтобы оно не проросло в душе и не обожгло сознание, как пламя. Кротко, бесконечно терпеливо выслушивай всё. Может, когда ты будешь уходить, дверь за тобою запоёт в дружественных чувствах.

Если только сердце так скажет. Иначе проходи мимо сора, которым безумное сознание загрязняет пространство. Новый порыв урагана очистит воздух вокруг тебя.

2.VII.1952

 

Ты говоришь: никогда ничего не поздно. Даже у моста в Тот мир можно преобразиться. Каждое качество можно облагородить, укрепить. Можно непрестанно себя исправлять. Надо только захотеть.

Воля, стань звездою о двенадцати лучах в своей широте. Воля, стань бушующим пламенем в своей неотступности. Воля, устремись воздвигнуть гору величия, но и в бесконечном смирении и терпении приводи в порядок и очищай обыденность этого мира, чтобы даже самый скромный цветок жизни засиял в симфонии ежедневных обязанностей и заданий.

Воля, из получающего стань дарителем. Только сердце жертвующее, истинно, получает и становится всё богаче. Стань лучистым магнитом, сердце, чтобы привлечь всё хорошее и посеять только доброе.

3.VII.1952

 

Сердце, старайся понять всё немедля, в быстром ритме находчивости. Сердце, очищайся беспрестанно, просветляйся, стань алмазным ключом всех дел.

15.VII.1952

 

Часто я думаю, как распутать клубок кармы. Для многих, на самом деле, карма, которая привела их к этой горе Судьбы1, скорее спасательный круг, который их здесь охраняет от морального омута и поддерживает физически здоровыми и уравновешенными, заставляя жить умеренной жизнью, искать для всех своих печальных следствий настоящие причины.

Говорят, что из причин вытекают следствия, что карма — неизбежная школа: каждый обязательно должен пройти назначенный курс. У ребёнка ведь не спрашивают, хочет ли он ходить в школу, его просто заставляют.

В общем, обычному сознанию изменить карму очень трудно. Его судьба «начертана в звёздах» — созданное в прошлой жизни, или кармическое, имущество душа несёт с собою в этой жизни как неизбежные черты характера, наклонности и способности. Конечно, содеянное можно исправить не столько личными страданиями, как преображением сердца, стараясь уменьшить страдания других, умножая счастье восхождения человечества. В сознании жертвенных духов всё личное переплавляется в общечеловеческое и даже в космическое. Но где же они — духи огненного служения, которые так устремляются ради общего блага, что стрелами молний испепеляют карму за собою? Много ли истинных ваятелей своей судьбы, свободных, готовых на жертву сознаний? Почему большинство людей всё ещё живут под почти фатальным знаком Мойры?

«В самые трудные дни Учитель говорит — считайте, что вы счастливее многих. Будем признательны».

26.VII.1952

 

Настоящая жизнь начинается там, где всё мелкое, слишком обыденное посажено в почву великого, где сеют семена гор и горизонтов из золотой сеялки будущего — в строительстве, в служении, в практических, самых ощущаемых взаимоотношениях и симпатиях.

5.VIII.1952

 

Где же успех, и где внезапная волна прилива неудачи? Не всегда можно это решить логикой. Иногда кажется, что всё вокруг тебя рушится, — и тут же девятый вал возносит тебя на твёрдую вершину. Может быть, тебе кажется, что ты осуждён на долгие, непрерывные беды, но высший Разум в сердце втайне шепчет: нет, ты станешь свободным, ты уже так одарён, выдержи лишь ещё малость. Ты ведь не знаешь, когда, из каких глубин волна принесёт тебе благо радости.

Только не теряй ни на мгновение ясность и дисциплину духа. Только держись крепко за Серебряную Нить, с такой силой отчаяния, как утопающий хватается за соломинку, как ныряющий хватает глоток воздуха.

Только старайся всеми силами помогать своему Спасителю, ибо Он всегда спешит на помощь тебе. Открывая свою сущность в доверии, напрягая пламенно волю, ты поможешь спасительному лучу коснуться тебя. Потому неустанно иди через каждодневность, словно у тебя сто глаз и ушей, чтобы каждая твоя клетка звучала колоколом находчивости.

Все эти внезапные волны тумана необходимы, чтобы ты никогда не терял бдительности, чтобы заострить внимание, не позволить ни на мгновение покинуть доверенный сторожевой пост.

Держи своё сердце в постоянном молитвенном настрое. Пусть иногда сердце — как сухая лучина в ожидании пламени. Всё же и в этом беззвучии старайся, пусть без слов и мыслей, найти неожиданный прилив сердечного тепла. Гори, светись, даже под пеплом!

Ты, Кто всегда давал силу сердцу моему, даруй ему и бальзам непрерывной выдержки. Учи его всегда быть готовым.

9.VIII.1952

 

Чаша весов твоей кармы не перестанет взвешивать твою жизнь, пока в тебе останется хоть пылинка самости, причиняющей боль, ибо как песчинка может иногда остановить целый сложный механизм, так и каждый твой новый камешек, пусть случайной ошибки, даже неосознанный эгоистический импульс, может задержать (пусть на время) или даже нарушить perpetuum mobile2 устремлённого ввысь развития твоей жизни, — особенно в этом спиральном круге твоего сознания, когда начинаешь понимать свою огромную ответственность...

Вокруг тебя стремительно проносятся острия шипов неизвестных причин, которые, словно стрелы охотника, направленные в дичь, превращаются в разрушительные последствия. Пусть будут благословенны спасающие нас силы, разве каждый удар не делает тебя более свободным — он сбивает пыль с твоей сущности.

 

Молния уже давно тебя задела, наконец, прогремел и гром в твоём сознании, ты начинаешь понимать, когда и что с тобою произошло, и почему. Так почему же ты так волнуешься и содрогаешься в страхе ещё теперь, после долгих мгновений времени, от простого, пусть и сурового звучания страхов, о сердце, если довольно легко однажды вынесло сам удар молнии?

 

Часто, как в мантраме сердца, я думал о свидетельстве жизни Святого Сергия: Он доверял лишь Всевышнему и своим силам.

Но сердце импульсивно старается выявить всю сердечность, доверяться, отдаваться душе другого, почувствовать самое дружеское соприкасание. В эти богатые опытом годы, проходя мимо самых противоположных сознаний, ты учился держать хоть немного в узде соизмеримости не только свою волю и чувства, но и сердечные отношения. И всё-таки как часто, поддавшись чувствам, опять забывшись, испытываешь разочарование. Но даже робкое дитя, медленно отстраняя руку матери, стремится сперва самостоятельно справиться со своим заданием. Так и ты слушай прежде всего своё сердце, и старайся нести сам свою ношу ответственности и ноющей тоски, сколько сможешь, а иногда ещё больше. Как часто ты совсем один, и только Бог не забыл тебя!

20.VIII.1952

 

Откуда этот корень ужасной, противоэволюционной апокалиптической «теплоты» в людях? Как человеческий лик, который после миллионов лет должен был сиять на восходе солнца, может забыть своё бывшее, пусть и неосознанное, подобие с Богом? Не «тёплым», не погрязшим в материальных заботах принадлежит Царство Божие, но детям, которые искрятся тысячами духовных интересов, но юности, у которой, в полёте восхищения, ноги едва касаются загрязнённой коры Земли, ибо душу ещё притягивает магнит огня Тонкого Мира, который устремляет их пламенем дерзания переродить этот ограниченный мир по облику недавно покинутой Родины Света. Сердце устремляется к этому ещё чистому поколению, увлечённому желанием творчества, к этим свободным завоевателям Будущего, дерзателям ве­ликого, к бескорыстному роду творцов, которым предначертано вести планету по новому огненному спиральному кругу духа, вверх.

 

Всё продвигается вперёд так медленно, черепашьим шагом. Но ведь духовный прогресс редко имеет «скачки» — сотрясения души, «переломы» и возобновления, откровения, «перерождения свыше», — только тогда, когда в душе уже созрели плоды прежних накоплений. Распятый разбойник, которому Христос пообещал счастье рая, конечно, в веках уже показал и отличные труды, и вера в Христа только добавила ступеньку для лестницы его нового сознания...

Но скажи, о сердце, чего ты хочешь всегда от меня, горем побитого, без родины, без цели, сокрушённого, брошенного, без милого сердцу труда?

Почему ты вечно недоволен другими? Вглядывайся прежде всего в зеркало своей сущности и будь ригористически недоволен единственно собою. Предъявляй великие требования к себе, к своим тенденциям жизни, своей часто безуспешной работе, хаотической мысли. Беспощадно очисти молнией каждый угол своего сознания, засорённого самостью. Старайся засверкать каждым качеством. Старайся ещё и ещё: пусть каждый твой импульс станет соразмерным с восхождением.

22.VIII.1952

 

Делай всё, что только возможно, чтобы быть всегда справедливым и культурно благожелательным в своих отношениях. Если же тебя всё-таки не понимают, нападают на тебя, тогда ещё есть возможность — «не умывай рук», но при случае попробуй найти (если только в сердце противника горит хоть уголёк блага!) какой-то другой метод, как его победить, — лучом своего сердца, и так спасти от его собственного затемнения.

Умей и противника посетить, пусть мимоходом, пусть и с маленьким праздничным подарком. С улыбкой доброжелательства, с добрым словом, или даже — с дружественным молчанием. Так ты скорее его победишь и освободишь...

28.IX.1952

 

Заводы, изготовляющие скрипки, научились создавать стандартные инструменты из старого, звучной породы клёна или, пусть редко, из добротной, изогнутой яблони; и такие скрипки, по признанию знатоков, по своему тонкому звучанию на самом деле имеют отличную тональность. И всё-таки, не знаю, может ли какой-то из этих массовых инструментов соревноваться с изделиями рук народных мастеров, которые кусок немого дерева оживили, насытили своей психической энергией, дали ему удивительное благозвучие, сделали скрипку «вещью в себе», «космосом в себе».

Такие мысли во мне пробудились, когда сегодня случайно услышал древнюю мелодию литовского канклеса. Он кажется дивным созданием, в котором каждый аккорд звучит перезвоном небесных колокольчиков, бесконечно чисто, робко, волнующе. Кто знает, быть может, этот старый волшебный инструмент прошёл через многие руки творцов, тонкослышащих и виртуозных мастеров, и каждый прилагал свою улыбку душевной ласки, своё сияние духа, вздох сердца и непостижимую боль тоски? Потому больно, если этот ангельский инструмент, иногда попадая в недостойные руки, вздрогнет, застонет в бесстыдных вихрях звуков, которые словно лишают его святости, заставляют потерять первозданный смысл красоты.

Так и великая этическая личность сообщает новый магнетический флюид и благозвучие даже физическим предметам, которых она касается. И более того, не чувствуем ли мы иногда, что и наша душа оживает в теплоте её сердца, как замёрзшая птица в руках святого? Музыкальность её духа одухо­тво­ряет все вещи и наполняет окружающее тайным свечением, розовой аурической атмосферой, ибо там вибрируют, летают искры её мыслей, импульсы чувств, сокровенные вибрации сердечной любви. Войдя затем во внутренне музыкальную среду этой высокой личности, мы чувствуем близость духа самого мастера, его дыхание, пламя его сердца и заветных мыслей, бесконечно тёплое сердечное магнетизирующее свечение.

И всё-таки невозможно уподобить великую гармоническую индивидуальность, обладающую космическим сознанием, пусть ветхое тело у неё настолько щемяще ограничено, — личность с её полифонической тональностью — сравнить с древним литовским канклесом, который звучит в благородной ясности, как только к нему прикоснёшься, нельзя её сравнить и с симфонией всех арф Земли. И даже простое, в своей чистоте звучащее сердце разве может с ней сравниться? Но всё же и близость простого, но духовно благородного человека мы нередко переживаем как мелодию, которая волнует, увлекает, делает добрее наше существо. Тембр такого голоса, пусть он слетает с губ седой старушки, в нашей душе отзывается столь захватывающе и светло, как бы слуха касались надземные звуки. В одухотворённую тональность этого голоса сердце всё не может прекратить вслушиваться, ибо он насыщен вибрациями светлых мыслей и благодатных чувств.

Так и отношения людей могут быть даром божественной музыки.

5.IV.1953. На Пасху

 

Иногда ты борешься один, настолько одинокий, настолько окружённый стихиями, словно в пустыне души, — и вдруг, как бы впервые, видишь, что твой товарищ, который был рядом с тобою, с кем ты каждый день сидел у одного стола, ходил в одну школу труда и страданий, — погружённый в себя, другим никогда свою святыню не открывавший, — истинно творит свой тихий подвиг. Он по-своему, возможно, больше тебя, боролся, страдал, побеждал, продумывал глубины всех вещей и уже создал картины Будущего, когда другие считали его самым обычным человеком.

16.VI.1954

 

Странник дальних путей, прошедший земли и небесные дали, познавший корень всего доброго и злого, скажи — где ты видел более божественное, несказуемо прекрасное алмазное сияние, чем в отношениях сердец, сплочённых чувствами вековых симпатий? С ними мы даже на краю бездны устоим, они всегда — как Рука Света, даже во тьме.

2.VII.1954

 

Каждое утро и вечер, составляя план напряжённого дня или отчитываясь перед собой за пройденный день, за сделанное или за то, что не успел, подумай, сердце, не забыло ли ты свой долг по отношению к другим, нет ли ещё какого-то окна возможностей, через которое можно бросить в сознание луч света? Кроме слов, как много ещё может быть реальных посвящений, ласки сердца, чтобы заставить сердце забиться в радости.

«И удесятери руки свои,

И умножь сердце своё».

10.I.1955

Истинно, надо научиться более стремительно, более находчиво мыслить в отношениях с близкими. Истинно, как бесконечно много ежедневных возможностей подарить луч радости другим мы упускаем. Как много лучших чувств сердца, милых слов, обод­ряющих взглядов, которые часто возмещают груды материальных подарков. Истинно, учись, учись, учись посвятить другому свой лучший трепет, о сердце!

10.IV.1955

 

Твоя задача — излучать вокруг себя вибрации гармонии и умиротворения, о сердце. В эти часы, в конце Кали-юги, когда миру угрожает прилив хаоса, всеми силами, дисциплиной духа устремляйся быть вестником благозвучия Света.

11.IV.1955

 

Если бы люди однажды поняли, что большинство страданий они возложили на себя сами, доб­ровольно, — всё, что вызывает зависть, ревность, недовольство, все обиды в бесконечных вариациях, саможаление, неудовлетворённость и сомнения, бессчётные вожделения, т.е. всю пыль и грязь самости, затем — приступы гнева и, наконец, страх. Именно страх, «имя которому легион», съедает психическую энергию человека и бросает его на шипы страданий. Так, чем слабее сознание, тем больше оно склоняется под ношею горя и обвиняет в своих страданиях, невольно или сознательно, других, даже судьбу, только не себя, когда чаще всего именно оно само — истинный виновник своих мучений. Большинство страданий — следствия духовного невежества. Как трудно продвинуть сознание. Как иногда невозможно дать человеку понять настоящие корни его страданий. Он жалуется на несправедливость, когда сам её породил. Как мало тех, кто ищет вину прежде всего в себе, кто чувствует великую ответственность за всех.

Сознание, воспламенись в свете духа, тогда ты во всех делах поймёшь смысл, как бы с расстояния.

4.V.1955

 

Не борись, если ощущаешь рядом с собою духовное отупение. Молчи на упрёки. Ведь твои логичные аргументы не помогут. Возбуждённый человек во всём видит лишь себя, свои представления. Тогда лучше направь сознание на другое — на утверждение добра. Если не можешь выдержать, просто уйди. Вдыхай прану и лети в молитве. Посылай миру пламенную мысль! Сознание ведь так медленно растёт. Так мало понимания духа.

30.VIII.1955

 

Только для себя.

Не упускай ни одного случая, где есть возможность чему-то научиться.

Меньше говори, сумей больше излучать.

Прилагай к каждой своей мысли и действию меру справедливости.

Проверяй всегда свои побуждения.

Сумей обращать меч своей воли именно туда, куда не хочется, когда чувствуешь себя уставшим, когда трудно, на то, чего внутренне избегаешь.

Куй свою волю, как стрелу молнии, спешить на помощь и сокрушать тьму.

 

Старайся увеличить тепло своего сердца к каждому, пусть жестом — улыбкой дай другому бодрость.

У каждой чуткой души часто бывает сердечная ноющая боль, она ждёт от тебя мажорного тона. Особенно этот дар сердца нужен молодёжи.

Помоги ещё и ещё умножить сердечность. Исцеляй сердцем. 

22.XII.1955

 

Троякий смысл страданий:

1. Страдания как уплата долгов, или то, что называют искуплением или наказанием.

2. Страдания как школа или прояснение сознания. Бич, который гонит, является и уроком.

Этим двум группам подвержено большинство людей.

3. Страдания как проверка сознания — огненное испытание готовности человеческого духа, когда он приближается к порогу новой лестницы. «Кого Бог любит, того испытывает». Здесь уже приоткрываются врата к духовному геройству. Но только тогда, когда человек выдерживает экзамен.

В лагерных переживаниях стремлюсь найти хоть немного знаков решающего испытания.

О нет, это не страдания, что там было. Сердце с трепетом всегда категорически отклоняет это слово. Ведь тогда школьник свои экзамены тоже может назвать «страданиями»? Нет, это был поток огня, напряжение, пусть и огромное. Но над ним парил серебряный луч Благословения. Этот луч был мостом над сгущением теней к Свету.

26.XII.1955

Р. Рудзитис. Избранное. Минск: Звёзды Гор, 2009  

 

1 Горой Судьбы Рихард Яковлевич Рудзитис называл Инту, город в республике Коми, где находились лагеря для репрессированных.

2 perpetuum mobile — вечный двигатель (лат.).

 

Рихард РУДЗИТИС

НАСТАНУТ ВСЁ ЖЕ ВРЕМЕНА

Настанут всё же времена,
Когда все расы и народы
Сольются в братстве на века,
В единстве победят невзгоды.
 
Далёкой былью станет зло,
Над миром власть утратит злато,
И улыбнётся друг светло,
Благословляя сердцем брата. 

Сползёт громадная плита
Греха и зла с людской природы,
Расправит крылья вновь душа,
Свет Духа озарит народы.

 Так будет, верь мне. Верь мне, брат!
Доверься сердцу — сердце знает!
На небесах колокола звенят
И Воскресенье мира возвещают!

15 января 1941 г.

(Перевод с латышского: Мария Скачкова)

Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел : Имена, вошедшие в историю эволюции человечества