Издательский центр РОССАЗИЯ                контакты          написать нам           (383) 223-27-55


Мысли на каждый день

…Понятие служения есть решение задачи жизни.

Надземное, § 305
"Мочь помочь - счастье"
Журнал ВОСХОД

Неслучайно-случайная
статья для Вас:

Актуально

Подписаться

Музей:         
Книги:         

ЛАДАК

Автор: Рерих Николай Константинович



Теги статьи:  Центральноазиатская экспедиция

Опять караван. Опять легко забываются дни и числа. Качество дня становится значительнее его числа или названия. Подобно египтянам, называвшим года по их качеству: «год битвы» или «год неурожая», — можно сохранить лишь качество дней. День коня, ко­гда лошади провалились на снеговом мосту; ночь волка, когда звери пробрались к становищу; заря орла, когда беркут со свистом налетел на шатёр; закат замка, ко­гда вознёсся самый неожиданный замок, приросший к медно-огненной вершине... Вместо тюрбана из-за камня поднялась мохнатая шапка. Путь в страну Будды.

Качества Будды: Шакья Муни — мудрый из рода Шакья, Шакья Синха — Шакья Лев, Бхагават — Благословенный, Саттха — Учитель, Джина — Победитель.

Говорил Будда изуверам и ханжам: «Все ваши правила низки и смешны. Иной из вас ходит нагой, иной не станет пить из кувшина или есть с блюда, не сядет за стол между двумя собеседниками или между двумя блюдами, иной не примет подаяния в том доме, где есть беременная женщина или где встретит собаку, иной не ест из двух сосудов и на седьмом глотке перестаёт есть, иной не садится на скамьи или на циновки, иной лежит нагой на колючих растениях или на коровьем помёте.

Чего ожидаете вы, произвольные труженики, за свои "тяжкие" труды? Ожидаете от мирян подаяния и уважения, и, когда достигаете этой цели, вы крепко пристращаетесь к удобствам временной жизни и не хотите расстаться с ними. Если завидите издали посетителей, как тотчас показываете вид, будто вас застали в глубоком размышлении. Когда вам подают грубую пищу, вы отдаёте её другим, а всякую вкусную еду оставляете у себя. Предаваясь порокам и страстям, вы надеваете личину скромности. Не таково истинное подвижничество!»

Шесть лет положил Будда на убеждение Кашьяпы. Даже возжигал огни чуждых ему алтарей, прежде чем упрямство старых убеждений Кашьяпы было сломлено и Будда мог присоединить к новому учению «старый авторитет». Там, где выдвигается красота, научный подход и просвещённая жизненность, там «старые крепости» особенно прочны. Надо понять все трудности Будды при ломании предрассудков, если один человек потребовал шесть лет на усвоение прекрасной простоты, чтобы потушить огни никому не нужных приношений суеверия.

Прожить восемьдесят лет в постоянном учительстве, видеть, как на глазах извращалось учение, понимать, как многие государи и священники принимают учение лишь из своекорыстных соображений, предчувствовать уже приготовляемую оболочку новой условности...

Он, сам вместивший понятие ничтожности власти, сказал: «Идите, вы, нищие, несите спасение и благо народам». В одном слове «нищие» заключена вся программа. Пришло время, когда из-за позолоты идола появляется лик Будды, великого общинника, учащего против собственности, против убийства, пьянства, излишеств. Появляется могучий облик, зовущий к переоценке ценностей, к труду и познанию.

Много раз очищали учение Будды, и всё-таки оно быстро засыпалось копотью предрассудков. Жизненность превращалась в груду трактатов и метафизическую номенклатуру. Что же изумляться, если и сейчас ещё высятся стены монастыря Лама­юры — твердыни верований бон-по, с их шаманскими вызываниями, зародившимися задолго до рождения Будды.

Но всё-таки произошло полезное сознание: привыкли очищать учение. Конечно, не пресловутые соборы в Раджагрихе, Весали и Патне возвращали учение к первоначальной простоте общины. Но сильные духом отдельные учителя искренне пытались снова явить прекрасный лик учения. Атиша, поражавший условщину, боролся с тёмным пережитком чародейства бон-по. Асвагоша, основатель всей махаяны севера, применявший для убедительности и наглядности форму драматических представлений. Смелый Нагарджуна, почерпавший на озере Юмцзо мудрость из бесед с Нагом — «змеиным царём». Тибетский Орфей — Миларепа, окружённый животными и слушавший вещие голоса гор. Поборовший силы природы Падма Самбхава, мощный, хотя и искажённый условностями «красных шапок». Ясный и деятельный Дзон-Капа, так полюбившийся всему северу, основатель «жёлтых шапок». И многие другие, одинокие, понимавшие предуказанную эволюцию, счищали пыль условности с заветов Будды. Их труды снова прикрывались затхлым слоем механических ритуалов. Условный ум обывателя, даже признав учение Будды, всё-таки пытался одеть его по своему предрассудочному разумению.

Ни у Алары Каламы, ни у Уддаки Рамапутты Будда не нашёл спасительных решений. Преобразователь, стремившийся к жизненности, не мог удовлетвориться перетолкованиями Ригведы. Далеко уходит Будда, в тайники гор. Предание доводит смелого искателя до Алтая. И сказание о Белом Бурхане сохраняется на Алтае во всей жизненности. Около таинственной Урувелы Будда приближается к простейшему выражению всех накоплений. И на берегах Наирнагары озаряется решимостью сказать слова об общине, об отречении от личной собственности, о значении труда на общее благо и о смысле познания. Установить научный подход к религии было истинным подвигом. Обличить своекорыстие жрецов и браминов было высшим бесстрашием. Явить истинные рычаги скрытых сил человеческих было неслыханно трудно. Царю прийти в облике могучего нищего было необыкновенно прекрасно!

В осознании эволюции человечества облик общинника Будды занимает неоспоримое, прекрасное место.


* Отрывок из V главы книги «Алтай – Гималаи» (Новосибирск, 2014).

Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел : Избранное