Учение Живой ЭтикиСибирское Рериховское
Общество
Музей Н.К. Рериха
в Новосибирске
Музей Н.К. Рериха
в с. Верх. Уймон
Книжный
интернет-магазин

  Наши Учителя и
  Вдохновители
   
"Мочь помочь - счастье"
Актуально



Фото- и медиа-архив


 

Юрий Рерих в годы учёбы. Учителя

Автор: Кочергина Наталья


* Фотослайдер листается щелчком мыши,
изображение появляется после загрузки всех кадров *

Фото 1

Ю.Н. Рерих. 1919 – 1920

Фото 2

Э. Д. Росс

Фото 3

Ч.Р. Ланман

Фото 4

М.И. Ростовцев

Фото 5

П. Пеллио

Фото 6

Ж. Бако

Фото 7

В.Ф. Минорский

Фото 8

Ю.Н. Рерих. 1924

Фото 9

Н.К. Рерих, Ю.Н. Рерих. о. Монхеган, США, 1920-е гг.


Теги статьи:  Юрий Рерих

Почти столетие отделяет нас от того времени, когда Ю.Н. Рерих только вступал на стезю науки, приведшую его в дальнейшем к огромным достижениям. Уже в юном возрасте он проявил столь необыкновенные способности, что получение образования в лучших учебных заведениях мира завершил в самые короткие сроки. Что мы знаем об этих годах становления его и как учёного, и как человека?

Юность Ю.Н. Рериха совпала с коренными переменами в стране и в мире. Ему было всего 15 лет, когда семья Рерихов оказалась вне Родины. С 1917 по 1919 год они живут в Финляндии, где братья Юрий и Святослав завершают гимназический курс. В течение этих лет Юрий окончательно определяется в выборе специальности. Несмотря на несомненный художественный талант, любовь к Востоку возобладала, он выбирает востоковедение. Ещё в Петрограде он брал уроки у выдающегося русского египтолога академика Бориса Александровича Тураева1. А когда в 1918 году Рерихи перебрались в Выборг, их соседом оказался известный монголовед и фольклорист профессор Андрей Дмитриевич Руднев2. Под его руководством Юрий начинает изучать монгольский язык и литературу.

В это время Гражданская война подходит совсем близко, на улицах Выборга идут бои. Трагические события, непосредственными свидетелями которых стали Рерихи, оставили неизгладимый отпечаток в душе Юрия. Он глубоко переживает происходящее. В Финляндии Рерихам оставаться было небезопасно, и, получив предложение на оформление театральных постановок в Лондоне, весной 1919 года Николай Константинович вместе с Еленой Ивановной и сыновьями уезжает в Англию.

Юрию исполняется 17 лет, и он поступает на индо-иранское отделение Школы востоковедения при Лондонском университете, которой руководил выдающийся британский востоковед Эдвард Денисон Росс3. Это был уникальный человек, полиглот, знавший около 50 языков; много лет он провёл в Индии. Под его непосредственным руководством Юрий Николаевич изучает санскрит и персидский язык. При этом успехи его столь значительны, что он выдвигается как лучший ученик Школы, а его имя становится известно и в других европейских вузах. Так, спустя год (Ю.Н. Рерих тогда находился в Америке) его другу Георгию Шкляверу, обучавшемуся на юридическом отделении Сорбонны, довелось беседовать с директором парижской Школы восточных языков профессором Полем Буайе, и тот, узнав, что Шклявер недавно из Лондона, спросил его, не знал ли он «мистера Рериха из Школы востоковедения»4, о необычайных способностях которого он слышал от своих британских коллег. Позже, приехав учиться в Париж, Юрий Николаевич уже лично познакомился с Полем Буайе5 — известным славистом, почитателем Толстого и Чехова, преподавателем русского языка в Школе восточных языков. Профессор принял живое участие в судьбе Юрия Рериха, в частности предложив ему по окончании учёбы помочь с назначением во Французскую дальневосточную школу в Индокитае6.

В 1919 году в Лондоне находилось много русских эмигрантов, среди которых были сильны патриотические настроения. По инициативе Ю.Н. Рериха создаётся «кружок русской молодёжи» (среди его членов — будущие сотрудники Рерихов Георгий Шклявер и Владимир Шибаев). Кружок проводит широкую культурную программу, в которой принимают участие известные политики и деятели культуры. Среди выступавших был и Н.К. Рерих.

Юрий Николаевич также выступает здесь со своим докладом «Истоки русского искусства». В нём уже обозначился совершенно новый подход к пониманию взаимовлияния культур Востока и Запада, который в дальнейшем получит развитие в его научных трудах. Так, Ю.Н. Рерих связывает зарождение русской культуры с древнейшими культурными очагами Центральной Азии, а не с Византией и Скандинавией, как принято было считать. Они были только путями, по которым восточные влияния шли на Русь.

Юрий Николаевич проучился в Англии один год. А в сентябре 1920 года Н.К. Рериху предложили провести художественные выставки в городах Америки, и вся семья переехала в Нью-Йорк. Юрий Николаевич переводится на 2-й курс Гарвардского университета на отделение индийской филологии. Университет располагается в небольшом городе Кембридже штата Массачусетс (в 300 км от Нью-Йорка), и Юрий Николаевич имеет возможность изредка навещать родителей в Нью-Йорке.

В Гарварде он был принят в класс знаменитого санскритолога Чарльза Ланмана7, у которого берёт курс санскрита и пали. Профессор Ланман слыл мировой величиной в науке. Он был автором многих научных трудов, основателем «Гарвардской восточной серии». Ланман сразу же высоко оценил дарования и устремления Юрия Рериха. «Мне редко доводилось встречать человека более жаждущего знаний, более восторженного в своём желании неуклонно учиться и работать, нежели Рерих»8, — писал он своему коллеге.

К своему учителю Юрий Николаевич сохранил самую глубокую признательность. В 1929 году, когда в Гималаях Рерихами был основан институт «Уру­свати», профессор Ланман был избран его вице-президентом, а в 1931 году Ю.Н. Рерих посвятил ему первый выпуск журнала «Урусвати» и свою статью, в которой был представлен обзор многогранной деятельности учёного. Имя Чарлза Рокуэлла Ланмана, писал Юрий Николаевич, принадлежит к «блестящему ряду выдающихся исследователей, сделавших вклад Америки в область ведических исследований столь значительным». «Ланман всегда был вдохновенным преподавателем и творил чудеса, руководя своими учениками. (...) Уже более пятидесяти лет его деятельность является основой востоковедных и лингвистических исследований в Америке, и многие учёные гордятся тем, что являются его учениками и пользуются его неизменно дружескими советами»9.

Занятиям в университете Юрий Рерих отдаёт всё своё время, работая порой до 18 часов в сутки. «У меня... масса работы, — пишет он родителям. — К сожалению, не всё поспеваю делать. (...) Решил каждый день ½ часа посвящать гимнастике, а то физическая сторона моего существа не поспевает за умственной. Главное, не хватает сна, каждый день возвращаешься в 10 часов вечера домой и приходится работать ещё дома»10.

Юрий Николаевич много занимается переводами древнеиндийских текстов. Работая над упанишадами — трактатами, относящимися к священным писаниям индуизма, — он отмечает, что эти тексты создавались на протяжении целого ряда эпох, «в течение которых святые Индии искали единения с Богом в тишайших лесных скитах».

У профессора Чжао11 Юрий Рерих берёт уроки классического китайского языка. «Усиленно изучаю китайский язык с Dr. Chao, — сообщает он родителям. — За уроки не плачу, ибо он просил меня давать ему уроки русского и персидского языка»12.

В Гарварде Ю.Н. Рериху посчастливилось прослушать курс лекций «Среднеазиатские влияния на искусство юга России» крупнейшего исследователя античного Причерноморья Михаила Ивановича Ростовцева13. В результате многолетних исследований и раскопок учёный пришёл к выводу, что свершавшееся в глубокой древности в Причерноморье взаимодействие восточной и скифо-иранской культур не прошло бесследно для славянских племён, в конце античной эпохи там «создалась новая культура. Две струи — греческая и скифо-сарматская — слились. Культуру свою эти новые народы понесли с собою далеко на север и на запад»14.

Это именно та тема, которая очень близка Ю.Н. Рериху. Отметим, что Юрий Николаевич самостоятельно пришёл к тем же выводам, что и М.И. Ростовцев. Он пишет отцу и матери о том, что его собственная научная теория подтверждает теорию профессора Ростовцева «о иранском происхождении княжеского рода скифов... на юге России. Постановка вопроса очень обширна и позволяет объяснить многое в скифском народном искусстве. Выясняется громадное значение Средней Азии в истории Юга России»15.

Юрий Рерих заинтересовывается проблемой тохарских племён и начинает изучать всё относящееся к тохарам16. Он серьёзно увлечён этой темой и собирается продолжить работу над ней и в дальнейшем. «Работа моя по тохарам сильно развивается, — пишет он родителям 7 ноября 1921 г. — Нашёл новые пути. Возможное объяснение сходства тохарского языка с армянским было мною найдено только сегодня вечером»17. В то время одним из ведущих специалистов по тохарам был Поль Пеллио18 в Парижском университете — самая яркая величина среди французских ориенталистов. Познакомившись с профессором во время курса его лекций в Гарварде в 1921 году, Ю.Н. Рерих обращается к нему с просьбой подготовить под его руководством докторскую работу по проблеме тохар. Вскоре он сообщает родителям, что в переговорах с профессором достигнут полный успех: «Решено, что в будущем году я буду в Париже. Pelliot — человек в высшей степени замечательный!»19

Упорство в стремлении к знаниям, необычайные способности Юрия Николаевича позволили ему пройти необходимый курс всего за два года. Весной 1922 года он завершает обучение в Гарвардском университете со степенью бакалавра по отделению индийской филологии.

После летних месяцев, проведённых вместе с Еленой Ивановной и Николаем Константиновичем на острове Монхеган, среди чудных красот первозданной природы, Юрий Николаевич едет в Париж.

Франция в то время славилась как один из крупнейших центров востоковедения. Прибыв в Париж 7 августа 1922 года и поселившись у Шкляверов, 11 августа Юрий Николаевич уже встречается с профессором Пеллио. «Он был страшно мил и уже задал мне работу по древнекитайскому языку, — писал Ю.Н. Рерих родителям сразу после этой встречи. — ...Он мне советовал брать меньше курсов, а больше работать научно. Так что пока я беру всего шесть курсов в Коллеж де Франс20»21.

Одновременно в Школе живых восточных языков, входившей в состав Сорбонны, Юрий Николаевич берёт курсы на трёх отделениях: средне-азиатском, индийском и монголо-тибетском. Кроме того, он посещает занятия в Институте славянских исследований.

Все учителя Ю.Н. Рериха были известными светилами в своей области. Под руководством крупнейшего специалиста-тибетолога Жака Бако22 Ю.Н. Рерих изучает тибетский язык. У индолога Сильвена Леви23 cлушает курс индийской философии. Дальнейшее углубление в персидский язык происходит на семинаре востоковеда Владимира Фёдоровича Минорского24, крупнейшего специалиста по истории Ближнего Востока. Впоследствии В.Ф. Минорский вспоминал: «В начале 1920-х годов я вёл в Парижской школе восточных языков семинар по Шах-наме. (...) Внезапно наше сотрудничество пополнилось новым гостем с далёкого запада. Юрий Николаевич только что закончил в Харварде отделение дальневосточных языков и санскрита и приехал пополнить свои знания под руководством Поля Пеллио и других французских светил. Я думал, что он заглянул в мою аудиторию просто полюбопытствовать, что там делается, но оказалось, что он очень недурно знал и по-персидски, и тотчас принял активное участие в наших занятиях. Характер его был живой и общительный. Он был полон духа молодости и занимал нас рассказами о весёлых проделках американских студентов, в которых он и сам участвовал... Юрий Николаевич свободно говорил на европейских языках и быстро устанавливал отношения. (...) Несмотря на разницу возраста в 25 лет, мы скоро подружились, и я с интересом слушал о проектах его исследований и путешествий по далёким и мало мне известным странам»25.

Нужно добавить, что помимо предметов по основ­ному направлению Ю.Н. Рерих посещал также лекции на военном и юридическо-экономическом отделениях Сорбонны. Возможно, в этом сказалось его тяготение к военному делу, которое было настолько сильно выражено в нём с детства, что многие знавшие его были уверены, что он выберет карьеру военного. Но, вероятнее всего, это был обдуманный и запланированный шаг в связи с предстоящей экспедицией вглубь Центральной Азии, о которой постоянно мечтал Юрий Рерих, а такие предприятия были неизбежно связаны с опасностями и необходимостью вооружённой охраны.

В Париже Юрий Николаевич много времени проводит в библиотеках и музеях, где предметом его изучения были коллекции восточного искусства. В Лувре любуется буддийской бронзой из собрания Поля Пеллио. «Какие чудные вещи, мистические Будды, утончённые Бодхисаттвы, и страшные и свирепые Kin-Kang, гении-хранители доброго закона. Вообще меня Буддизм страшно привлекает. В нём я нахожу глубокое мистическое чувство и красочность. Стоит только прочесть монгольские и тибетские молитвы!» (30 окт. 1922 г.)26.

Ю.Н. Рерих посещает знаменитый Музей Гиме (ныне — Национальный музей восточных искусств). Музей, основанный промышленником Эмилем Гиме в конце XIX века, имел восточную специализацию, в нём хранились обширные собрания корейского, тибетского искусства, имелся египетский отдел. Коллекция тибетского искусства, переданная в музей Жаком Бако, становится предметом исследований Рериха.

Юрий Николаевич близко сходится с давним другом своего отца, путешественником, археологом-востоковедом, коллекционером восточного искусства Виктором Викторовичем Голубевым27. По его рекомендации Ю.Н. Рерих стал вхож в музей Гиме. «Сегодня хранитель Музея Guimet просил меня заняться каталогированием материалов по Средней Азии. По утрам я работаю в библиотеке музея, когда она закрыта для других. Словом, отношение прекрасное» (30 окт. 1922 г.).

Ширится круг знакомств Ю.Н. Рериха среди деятелей науки. «Здесь познакомился с Елисеевым, нашим известным японистом28. Мы уже сделались большими друзьями, а главное, что он не сухой учёный, а человек, открытый искусству и новым идеям. Такие учёные очень ценны» (30 окт. 1922 г.).

Если в Америке отношения между преподавателями и студентами строились на достаточно демократической основе, то в Европе дистанция между ними была огромной: «...тут трудно, — пишет он, — ибо всё же между профессорами и студентами пропасть». И добавляет: «Я ещё в счастливом отношении, ибо ко мне относятся как к равному» (22 янв. 1923 г.).

Много сил отдаёт Юрий Рерих изучению тибетского языка. «Тибетский язык невероятно сложен,  — делится он с родителями. — Конечно, раньше, чем знать тибетский язык в совершенстве, должны пройти многие годы упорного труда. Ведь в этой области так мало сделано, и так трудно пробивать новый путь. ...Достаточно сказать, что наша европейская философская терминология не позволяет передать все многочисленные оттенки буддийской метафизики. Часто часами бьёшься над одним словом, стараясь вникнуть в его значение, что не всегда удаётся» (26 февр. 1923 г.).

Упомянем факт, свидетельствующий о том, что специалистов в тех областях, которыми занимался Ю.Н. Рерих, было в то время крайне мало. В 1929 году, уже после Центрально-Азиатской экспедиции, Юрий Николаевич вновь приехал в Париж, где встретился со своими преподавателями. «Я посетил Бако, который был крайне дружелюбен, — писал он Елене Ивановне 10 июня 1929 г. — Он по-настоящему благородный человек и очень заинтересовался Шамбалой и связанными с ней доктринами. (...) Бако очень интересовался результатами нашей экспедиции. Он сказал мне, что во Франции очень мало интересуются Тибетом и в течение нескольких лет у него не было учеников. Так же и у Пеллио»29.

За годы учёбы Юрий Рерих формируется как серьёзный и талантливый учёный. «Моя учёная слава всё здесь растёт» (30 окт. 1922 г.). «По предложению Pеlliot я был избран членом Comite Asiatique [Азиатского общества]. (...) Моя научная карьера продолжается», — сообщает Юрий родителям 15 января 1923 года. Тогда же по рекомендации профессора Антуана Мейе30, крупнейшего французского лингвиста, Ю.Н. Рерих избирается в члены Лингвистического общества Парижа.

Юрию Рериху предлагают публиковаться в парижском журнале «La Vie des Peuples» («Жизнь народов»), и вскоре там выходит его статья «Восточное влияние на эволюцию русского искусства», очерки о Б.А. Тураеве — его первом учителе на поприще востоковедения, о Р. Тагоре, с которым Юрий Николаевич был лично знаком (встречался с ним в Лондоне и США). Перед отъездом в Индию, в 1923 году, Ю.Н. Рерих публикует статью «Расцвет ориентализма», в которой высказывает идею о создании обобщающих работ по истории и культуре стран Востока и предлагает новое направление в востоковедении: изучение кочевников.

В целях подработки Юрий Никола­евич сотрудничает с журналом «Les pages Françaises» («Французские страницы»), где заведует отделом восточной хроники. «Платят 10 франков за страницу... Так достал небольшие капиталы для покупки необходимых книг по Средней Азии» (19 февр. 1923 г.).

Столь же усиленно, как тибетским, Юрий Николаевич занимается китайским языком, углубляется в древнекитайский. Профессор очень доволен его успехами. Из письма Ю.Н. Рериха от 15 января 1923 г.: «Главным образом сижу над китайским языком, и на лекциях Pеlliot часто делаю comments [комментарии], которые Pеlliot принимает и цитирует. Это создаёт хорошее впечатление». Вскоре Юрий Николаевич пишет, что он определился со специализацией: «Специализируюсь по Средней Азии и китайскому языку, ибо нельзя так раскидываться. Я теперь в достаточной мере подготовлен во всех отраслях востоковедения, и настало время углубляться в известную область» (6 февр. 1923 г.).

«Pеlliot моей работой очень доволен и говорил на стороне, что возлагает на меня величайшие надежды» (28 марта 1923 г.). «Меня все здесь уважают и постоянно спрашивают, при каком университете я был профессором в России». (19 февр. 1923 г.).

И наконец в письме от 12 февраля 1923 года мы встречаем фразу, в которой Юрий Николаевич как бы подытоживает результаты своего пребывания в Париже: «Теперь я уже коллега». До завершения образования ему остаётся три месяца.

Весной 1923 года Ю.Н. Рерих под руководством профессора Пеллио успешно защищает диссертационную работу и получает степень магистра индийской филологии.

Итак, годы обучения Ю.Н. Рериха закончены: он «в достаточной мере подготовлен во всех отраслях востоковедения»; кроме того, определились основные направления в науке, которым он намерен себя посвятить, это — буддизм, кочевники Центральной Азии, тибетология, монголоведение. Знания, полученные на студенческой скамье, предстояло закрепить в Азии, куда так давно всем существом устремлялся Юрий Николаевич Рерих.

А учителя, многие из которых впоследствии стали его коррес­пондентами, коллегами и друзьями, навсегда остались в сердце и благодарной памяти Юрия Николаевича Рериха.


Литература

Вестник Ариаварты. 2002. № 2 (3).

Воспоминания о Ю.Н. Рерихе. М.: МЦР, 2002.

Николай Рерих: Великая симфония жизни (Автомонография): http://rerich9.sitecity.ru/ltext_0204005540.phtml

Рерих Ю.Н. Письма. В 2 т. М.: МЦР, 2002.

1 Тураев Б.А. (1868 – 1920) — историк, египтолог, профессор Петербургского университета, академик Российской академии наук. Ю.Н. Рерих посвятил своему учителю, открывшему ему путь на Восток, одну из своих первых научных статей в парижском журнале «La Vie des Peuples» (1922, № 44).

2 Руднев А.Д. (1878 – 1958) преподавал монгольский язык на Восточном факультете Петербургского университета.

3 Росс Эдвард Денисон (1871 – 1940) — востоковед, лингвист, специализировался на языках Дальнего Востока. Первый директор School of Oriental Studies (Школа исследований Востока; позднее — Школа восточных и африканских исследований). Школа стала частью Лондонского университета 5 июня 1916 года, а в январе 1917 года приняла первых студентов. Э.Д. Росс преподавал в Школе целый ряд предметов (санскрит, персидский, китайский, тибетский языки).

4 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. М., 2002. С. 36 (1921 г.).

5 Буайе Поль (1864 – 1949) — директор Школы восточных языков при Сорбонне, редактор «Журнала славистики», встречался с Л.Н. Толстым.

6 Письмо Ю.Н. Рериха Е.И. и Н.К. Рерихам от 6 февр. 1923 г. (http://rerich9.sitecity.ru/ltext_0204005540.phtml).

7 Ланман Чарльз Рокуэлл (1850 – 1941) — выдающийся американский санскритолог, профессор Гарвардского университета.

8 Цит. по: Росов В.А. Молодые годы Юрия Рериха // Вестник Ариаварты. 2002. № 2 (3). С. 15.

9 Рерих Ю.Н. Профессор Чарлз Рокуэлл Ланман и его труды в области индологии // Тибет и Центральная Азия: Статьи, лекции, переводы. Самара, 1999. С. 230 – 235.

10 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 38 (8.11.1921).

11 Чжао Юаньжэнь (1892 – 1982) — лингвист, профессор китайской литературы в Гарвардском университете в 1921 – 1925 гг.; считается родоначальником современного китайского языкознания.

12 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 37 (10.10.1921).

13 Ростовцев М.И. (1870 – 1952) — выдающийся русский историк, специалист по античному Причерноморью и кочевникам. Историк, филолог. Эмигрировал из России в 1918 г., преподавал в США в Висконсинском и Йельском университетах, приезжал в Гарвард
со своими семинарами. Исследовал древнюю историю юга России, занимался проблемой взаимодействия Востока и Запада, их сближения и интеграции.

14 Ростовцев М. Эллинство и иранство на юге России. Пг., 1918. С. 186.

15 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 39 (3.04.1922).

16 Тохары — исчезнувшие племена (II тыс. до н.э. – I тыс. н.э.), занимавшие обширные земли в Восточном Туркестане и говорившие на одном из древнейших индоевропейских языков.

17 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 37 – 38.

18 Пеллио Поль (1878 – 1945) — французский востоковед, иностранный член-корреспондент Российской академии наук; основные труды посвящены истории и культуре Китая и Монголии.

19 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 37 (10.10.1921).

20 Коллеж де Франс — одно из престижных учебных учреждений в Париже, существующее до настоящего времени. Уникально тем, что преподавание в нём осуществляется на началах полной свободы, т.е. профессора, не связанные планами и программами, свободны в выборе предметов своих курсов.

21 http://rerich9.sitecity.ru/ltext_0204005540.phtml

22 Бако Жак (1877 – 1965) — географ, лингвист, востоковед, тибетолог. Неоднократно посещал Тибет, Китай, Индию, Гималаи. Первым среди западных учёных занялся изучением грамматики тибетских языков.

23 Леви Сильвен (1863 – 1935) — французский индолог, иностранный член-корреспондент Российской академии наук. Основные его труды посвящены индийской философии и буддизму.

24 Минорский В.Ф. (1877 – 1966) — иранист, специалист по истории Ближнего Востока. Эмигрировал из России, жил в Иране, во Франции и в Великобритании. С 1937 года профессор Кембриджского университета. Основные труды — по истории и культуре Ирана, Закавказья и Турции, истории ислама.

25 Рериховский вестник. Вып. 5. Извара; СПб.; Москва, 1992. С. 24 – 25. Впоследствии между Ю.Н. Рерихом и В.Ф. Минорским установилась переписка, продолжавшаяся до приезда Ю.Н. Рериха в Советский Союз в 1957 году. Это была переписка друзей и больших учёных.

26 http://rerich9.sitecity.ru/ltext_0204005540.phtml (здесь и далее письма Ю.Н., Н.К. и Е.И. Рерих цитируются по указанному источнику).

27 Голубев В.В. (1878 – 1945) — археолог-востоковед, историк искусства, путешественник и коллекционер, друг Н.К. Рериха. В 1910 – 1912 годах путешествовал по Индии, материалы экспедиции были представлены в Музее Чернусского, а фотографии уникальных памятников истории и культуры Индии были представлены в Музее Гиме.

28 Елисеев С.Г. (1889 – 1975) — востоковед, японист, ведущий исследователь Дальнего Востока своего времени. Эмигрировал из России, преподавал в Школе живых восточных языков в Париже, в Гарварде. Оказал огромное влияние на развитие отечественной и американской японистики.

29 Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 45 – 46.

30 Мейе Антуан (1866 – 1936) — один из выдающихся лингвистов XX века. Профессор Парижского университета, преподавал в Коллеж де Франс, являлся секретарём Парижского лингвистического общества.

Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Статьи по теме, смотреть список




 

 

 
Мысли на каждый день

Каждая радостная утрата есть безмерный выигрыш.

Листы сада М. Озарение, ч. 2, гл. 7, п. 2

Неслучайно-случайная
статья для Вас: