Учение Живой ЭтикиСибирское Рериховское
Общество
Музей Н.К. Рериха
в Новосибирске
Музей Н.К. Рериха
в с. Верх. Уймон
Книжный
интернет-магазин

  Наши Учителя и
  Вдохновители
   
"Мочь помочь - счастье"
Актуально



Фото- и медиа-архив


 

СКИФЫ И ЕДИНСТВО СТЕПНОЙ ЕВРАЗИИ

Автор: Валл Маргарита



Теги статьи:  Юрий Рерих, Центральноазиатская экспедиция

Скифы - "стерегущие золото грифы" - на рисунке Мирослава ЧевалковаМ.П. Чевалков. СТЕРЕГУЩИЕ ЗОЛОТО ГРИФЫ. 1986

Скифская золотая фигурка
Нащитная бляха с изображением лежащего оленя. Золото. VI в. до н.э.

Бой скифов с грекамиНавершие гребня с изображением сцены боя скифов с греками. Золото. IV в. до н.э.

Маргарита ВАЛЛ, г. Вольфсбург, Германия

Интерес к скифской культуре актуален и в наше время. Свидетельством тому могут служить два замечательных конгресса, прошедшие в Берлине (2007 г.) и в Новосибирске (2011 г.). Местом проведения Новосибирского конгресса стала Денисова пещера на Алтае. Материалы обоих конгрессов содержат информацию о новых достижениях в скифологии. В научных дискуссиях участвовали не только историки и археологи, но и целый ряд других специалистов — антропологи, религиоведы, искусствоведы, генетики и др.

Говоря о Берлинском конгрессе, невозможно не упомянуть о прекрасно организованной и приуроченной к нему выставке под названием «Под знаком золотого грифона» («Im Zeichen des goldenen Greifens»). На выставке были представлены все основные очаги скифской культуры. Впечатляло огромное количество золотых изделий в виде прекрасных украшений для человека и лошадей или сопровождавших повседневную жизнь скифов предметов искусства, найденных в курганах, разбросанных не только по Европе, но и по громадной территории Сибири.

Каково же было отношение Юрия Николаевича Рериха к скифам? Из его писем явствует, что он с большим энтузиазмом занимался исследованиями в области скифологии. Мир кочевников очень увлекал его, и он придавал большое значение не только их собственной культуре, но и её громадному влиянию на окружавший их мир.

Вашему вниманию я представляю краткий очерк о скифах. В нём бегло затронуты лишь отдельные моменты скифской культуры. Наряду с другими материалами использовались и труды Ю.Н. Рериха.

О скифах прежде всего узнал античный мир. Основным источником сведений о них был 9-томный труд знаменитого греческого историка Геродота. В своём сочинении, написанном в V в. до н.э., он подробно описал возникновение и развитие скифской культуры.

Название «скиф» — греческого происхождения с неизвестным значением. Этим именем греки называли ираноязычные племена, кочевавшие в степях северного Причерноморья, т.е. на юге современной России. Как пишет Ю.Н. Рерих, Геродот называл скифами и других кочевников этих территорий.

Скифы-кочевники двигались с востока северного степного пояса, простиравшегося от «Китая до Венгерской равнины», на запад. На Востоке они были известны под именем «саков». Так их называли персы. Юрий Николаевич называл их скифами-саками. Не все скифы ушли на запад, восточные скифы-саки явились основателями мощных очагов культуры на громадной территории от Монголии и Алтая до Тянь-Шаня и Памира.

Вообще, «согласно древнему иранскому преданию прародина древних арийских племён помещалась
в Туркестанском Двуречье. В течение всего I тыс. до н.э. до времени первого появления тюркских племён в пределах Западного Туркестана эта область продолжала оставаться областью иранских племён»1, — пишет Юрий Николаевич.

Как западные, так и восточные скифы-кочевники являлись частью многочисленных ираноязычных пле­мён, которые были когда-то основателями мощной Ахеменидской империи. Этот период владычества и расцвета культуры ираноязычных племён Ю.Н. Рерих назвал эпохой преобладания иранских племён, вписав её в общую историю Средней Азии. Эта эпоха гегемонии иранцев длилась с начала I тыс. до н.э. до II в. до н.э. Затем их сменили хунны.

Скифы-кочевники овладели северной степной полосой Евразии и, начиная с VIII по III в. до н.э., внесли в культуру других кочевников так много своего, что эта эпоха получила название скифской.

Поэтому в археологии «скифы» стали скорее понятием хронологическим, т.е. для обозначения культуры I тыс. до н.э., но не обязательно этноса.

Пишут о скифском «зверином стиле», о памятниках и культурах скифской эпохи, о передвижении народов скифского периода и т.д. — всё это понятия, характеризующие определённый исторический период.

Однако, признавая преобладание скифского начала в культурах других кочевников, никогда не следует забывать, что скифская культура и сама является частью общей культуры кочевников. Очень много общего в материальной культуре кочевников, что объясняется сходным образом жизни. На громадной территории степной полосы кочевали не только скифы, но и монголы, тюрки и многие другие племена.

«Только этой общностью культуры и уклада жизни и можно объяснить некоторые особенности скифского быта, давшие повод утверждать тюркское или монгольское происхождение скифов, которые в массе своей, несомненно, принадлежали к иранцам»2, — писал Ю.Н. Рерих.

Кстати, о языке скифов и саков, не имевших письменности. Судя по именам царей, богов, рода на греческих надписях и монетах, можно отнести язык скифских племён к иранским наречиям. Ю.Н. Рерих относит их к восточно-иранским наречиям.

Итак, Геродот посетил «Скифское царство» западных скифов и в своём упоминавшемся уже 9-томном труде V в. до н.э. описал и географические условия, и государственное устройство, и обычаи, образ жизни, мифологию, религию и многое другое из жизни скифов. Этот труд Геродота явился и является до сих пор незаменимым источником сведений о скифах, как считал и Ю.Н. Рерих. По этим данным о западных скифах можно было реконструировать и образ жизни восточных скифов. Очень интересно сравнивать утверждения Геродота с последующими археологическими находками, сделанными веками позже как на Западе, так и на Востоке, например в Туве, Казахстане, на Алтае.

Остановлюсь лишь на некоторых моментах скифской культуры, касающихся не только скифов, но и всей кочевой культуры в целом.

Начнём с внешнего облика скифа. Он хорошо описан Ю.Н. Рерихом. Скифские воины и кочевники-скотоводы носили короткий, отороченный мехом кафтан, расшитый спереди, широкие шаровары, либо расшитые, либо из узорчатой материи, мягкие сапоги, перехваченные повыше щиколотки перевязью. Длинные штаны забирались в полусапоги. На голове шлемообразное покрытие.

Так же одевались и среднеазиатские скифы-саки, и согдийцы, и хорезмийцы, и фракийцы. Это было типичное одеяние кочевника, которое в первой половине I тысячелетия до н.э. всё ещё появляется на Турфанских фресках.

Вооружение скифов-воинов, так же как и конное снаряжение, носило, по мнению Ю.Н. Рериха, чисто иранский характер. Главное в снаряжении воина — широко известный скифский лук и стрела, скифский короткий меч — акинак. Лук был основным оружием у скифов и «основой конного боя».

Это нашло отражение даже в словаре воинов соседних племён — так, по-грузински лук, а по-свански стрела называются словом «скиф».

Скифская посадка на коне имеет свои особенности и была перенята позднее казаками и горскими племенами Северного Кавказа (например, осетинами): «нога всадника приподнята в колене и отведена назад, носок опущен».

Как скифы, так и саки — европеоиды, хотя нельзя исключать примеси монголоидности из-за смешения племён. Хорошим примером смешанного типа можно назвать носителей пазырыкской культуры Горного Алтая в период V – III вв. до н.э. По исследованиям академика В.И. Молодина, опиравшегося на данные антропологов, этнографов, лингвистов, пазырыкцы представляют собой результат смешения ираноязычных племён, пришедших на Алтай с юго-запада, и самодийских племён, двигавшихся с Саян. Поэтому встречаются и европеоидные типы, каковой оказалась «ледяная принцесса», и монголоидные.

Ю.Н. Рерих проявлял огромный интерес к миру кочевников, этих постоянных «двигателей» истории, зачинщиков переселений народов и смешения племён. Скифы-кочевники тоже очень занимали его, и он уделил им много внимания на страницах «Истории Средней Азии». Но он описал их не обособленно, а во взаимовлиянии и взаимодействии с остальным иранским миром, да и не только иранским. Таким образом, скифы — это часть общего иранского мира, который когда-то, а именно в I тыс. до н.э., решал судьбы многих народов на территории Средней Азии. В этом большое достоинство и ценность его описания. Не отдельно, а вместе, в общем потоке развития материальных и духовных культур оседлых и кочевых иранских племён. И всегда он использовал лингвистический материал как дополнительный или как главный источник при решении исследовательских проблем.

Касаясь религии скифов, Ю.Н. Рерих пишет, что «это дореформенная религия иранских племён»3. Скупые сведения о ней можно почерпнуть у греческих авторов.

Вот имена главных богов, которые почитались скифами: Папай (Papaios — из иран. papa со знач. «охранять») — бог Неба; Апи, его супруга, — богиня Земли.

Если кочевой мир скифов живёт представлениями древних иранских племён, то среди земледельческого населения назревает реформация прежних религиозных представлений. Великим реформатором был Заратустра, живший в период между 660 – 583 гг. до н.э. Как считает Ю.Н. Рерих, «учение Заратустры было попыткой заменить обрядность старой арийской веры этическим учением, которое изложено в так называемых "Гатах"...»4

Не забудем, что приблизительно в это же время Великий Будда реформировал догматические нормы брахманизма. Видно, пришло время для эволюции индоиранского духовного мира.

Интересен культ меча, который известен и другим народам, в частности хуннам и хеттам. Меч у скифов — символ бога войны, имя которого, по Геродоту, Арей (по «Авесте» — Веретрагис). Меч втыкался на вершине холма, и раз в год ему приносили жертвы в виде коней, другого скота и пленников.

Некоторые обряды, описанные Геродотом, имеют свои параллели и у других кочевых народов.

Искусство скифов

Жизнь кочевых скотоводческих племён, хотя и отчасти оседлых, была очень сурова. Постоянно в движении в поисках новых пастбищ, в боевой готовности защищаться или нападать при любых обстоятельствах и любых климатических условиях. Требовалось воспитать прежде всего бесстрашие и мужество, а потому многие обычаи были жестоки и беспощадны. Их прекрасно описал Геродот.

Тем более поражает, что в этих, часто непомерно суровых условиях существования, значительное место в жизни скифов занимало искусство. Трудно представить, чтобы искусство этих «варваров», как их называл Геродот, могло достигнуть такой сложности, изящества, красоты и утончённости.

Главным источником сведений об искусстве скифов являются курганы. На всём протяжении своих передвижений от Китая до Венгерской равнины скифы и другие племена скифского времени оставляли так называемые поминально-погребальные курганы. Размер их иногда очень впечатляющ, особенно если речь идёт о «Царских курганах». Они могли быть до 100 м в диаметре и до 18 м в высоту. Многие из них разграблены ещё в древности, но некоторые явились настоящей сенсацией века, будучи своеобразными «архивами» для истории, а также хранителями несметного количества предметов искусства. Например, в кургане Аржан-2 в Туве было найдено 9300 предметов, из которых 5300 — золотых (раскопки 2000 – 2005 гг.). Это богатейшая сокровищница на территории Сибири и всего Евразийского степного пространства. Или курган Иссык недалеко от Алма-Аты, в котором был погребён «золотой человек» — на нём было более 4000 бляшек и пластинок из золота.

Особое место в ряду сенсаций занимает Пазырыкский курган на плато Укок с «ледяной принцессой», сохранившейся благодаря особым климатическим условиям Алтая. Она пробудила творческие фантазии в художественном мире и интерес алтайцев к собственной истории.

Ю.Н. Рерих и как искусствовед, и как археолог не мог обойти вниманием в своих работах искусство скифов — это удивительное явление скифской эпохи. Он не только выразил собственную оценку скифского искусства, но и был в курсе археологических открытий своего времени. С особым вниманием он следил за достижениями российских учёных, считая их пионерами археологических открытий в скифологии.

Очень значимо высказывание Ю.Н. Рериха, что скифское искусство — это «подлинно кочевое искусство Средней Азии». Особый художественный стиль, распространённый в искусстве кочевников, и «его громадное влияние на искусство соседних культур поставили на очередь вопрос о культурной роли кочевников»5. Реконструкцией мира кочевников, по мнению Юрия Николаевича, должна заниматься новая отрасль восточной археологии — кочевниковедение.

Итак, скифское искусство, зародившись среди иранских племён, значительно обогащалось и изменялось под влиянием других кочевых племён, живших в скифскую эпоху. Заимствуя иранские сюжеты, они вносили в них свои собственные элементы. Таким образом, и Передняя Азия, и Индия, и Греция, и Дальний Восток, и Западная Сибирь оказали влияние на его развитие и определили его своеобразие.

Сибирь, где находилось несколько центров скифского искусства (Тува, Минусинская котловина, Южная Сибирь), внесла настолько большой вклад в его развитие, что оно стало называться скифо-сибирским.

Одним из центров развития скифо-сибирского искусства в V в. до н.э. стал и Алтай, о чём свидетельствуют материалы Катандинского, Берельского, Пазырыкского и других курганов.

Характерной особенностью скифо-сибирского изобразительного искусства является преобладание животных форм, что и явилось основанием для возникновения термина «звериный стиль».

В течение многих веков скифо-сибирский «звериный стиль» занимал центральное место в искусстве кочевников, оказывая влияние и на соседние культуры. Материалом для изображения животных служило всё, что было под рукой, — и войлок, и кожа, и дерево, и, конечно, золото и серебро и др. Изображались различные животные, в зависимости от региона, от времени, от роли того или иного животного как в материальной, так и в духовной жизни племён. На Алтае это были животные местной фауны — лось, олень, горный баран, козёл, сайгак, кабан, барс. Встречались также животные иноземного происхождения — лев и тигр, фантастические звери — грифоны, орлиные и львиные (С.Р. Руденко).

Но самое впечатляющее в «зверином стиле» и, может быть, главная причина его долгой популярности — это динамический характер изображения. В «зверином стиле» отсутствует статика, фигуры животных или сцены с несколькими животными — это не застывшие картинки. Они полны жизни, движения, несмотря на условность, стилизованность изображения.

Можно только восхищаться мастерами, создававшими эти шедевры, их знанием внешнего вида животных и их анатомии, а также поведенческой реакции в разных ситуациях.

Часто преувеличенно подчёркиваются видовые особенности того или иного животного — ветвистые рога оленя, пасть хищника, копыто, кривой клюв грифона и т.д. Лось, олень, козёл изображались часто в позе жертвы, в которой, например, олень представлялся лёжа, с поджатыми ногами и передними копытами, наложенными на задние.

На Алтае были очень популярны сцены борьбы животных или «терзания» — когда одно животное терзает другое. Как правило, хищники или грифоны нападают на копытных, вскакивая на спину и впиваясь когтями.

«Скифо-сибирский звериный стиль» — излюбленная исследовательская тема у искусствоведов. Но она очень интересна и с точки зрения религиозно-мифологической. Животные — неотъемлемая часть жизни кочевников. Несомненно, что некоторые из них имели особое сакральное значение. Ведь для жертвы выбиралось не каждое животное.

Если кочевник украшал себя изображением какого-либо животного, он, как считалось, приобретал и какое-то его качество. Недаром существовал обычай поедания сердца врага или выпивания его крови, чтобы приобрести его качества.

Естественно возникает вопрос: какую возможность являет «звериный стиль» в проблеме реконструкции мировоззрения общин древних кочевников? На эту тему существует очень много интересных публикаций.

О связи человека и животных и символической роли последних может свидетельствовать татуировка на телах погребённых, являющаяся «одним из главных отличительных признаков представителей Пазырыкской культуры» (Н.В. Полосьмак).

Скифо-сибирское искусство исчезло на Востоке раньше, чем на Западе. Где-то в III в. до н.э. нашествие хуннских племён с востока положило конец одной из могучих цивилизаций Евразии. Но искусство её не исчезло бесследно. Во время пребывания в Тибете Центрально-Азиатской экспедиции (1925 – 1928 гг.) Рерихи нашли предметы, украшенные мотивами «звериного стиля» скифской эпохи. Ю.Н. Рерих подробно описал их в своей статье «Звериный стиль у кочевников Северного Тибета». Он оказался первым учёным, представившим живые свидетельства контактов кочевых иранцев с тибетскими племенами.

Опираясь на древние китайские хроники, в частности на китайского историка Сыма Цяня, Ю.Н. Рерих прослеживает историю контактов между тибетцами и иранцами (юэ-чжи). В результате этих древних контактов тибетцы заимствовали у первоначальных носителей «звериного стиля» — иранцев — мотивы этого стиля и использовали их для украшения бытовых предметов и вооружения. Конечно, тибетцы внесли в это искусство и нечто своё, отчего возник «скифо-тибетский звериный стиль».

Так иранские скифы-кочевники соединили Европу и Азию, дав своё имя целой эпохе и её культурным событиям.


1 Рерих Ю.Н. История Средней Азии. Т. 1. М., 2004. С. 138.

2 Рерих Ю.Н. История Средней Азии. Т. 1. С. 163.

3 Там же. С. 174.

4 Там же. С. 179.

5 Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия. Самара, 1999. С. 29.

6 Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия. С. 29.

Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел : Центральноазиатская экспедиция

Статьи по теме, смотреть список




 

 

 
Мысли на каждый день

Принимается слово хор как созвучие голосов, но может быть хор энергий, хор сердец, хор огней.

Мир Огненный, ч.2, 205

Неслучайно-случайная
статья для Вас: