Учение Живой ЭтикиСибирское Рериховское
Общество
Музей Н.К. Рериха
в Новосибирске
Музей Н.К. Рериха
в с. Верх. Уймон
Книжный
интернет-магазин

  Наши Учителя и
  Вдохновители
   
"Мочь помочь - счастье"
Актуально



Фото- и медиа-архив


 

СКИФЫ И ЕДИНСТВО СТЕПНОЙ ЕВРАЗИИ

Автор: Валл Маргарита



Теги статьи:  Юрий Рерих, Центральноазиатская экспедиция

Скифы - "стерегущие золото грифы" - на рисунке Мирослава ЧевалковаМ.П. Чевалков. СТЕРЕГУЩИЕ ЗОЛОТО ГРИФЫ. 1986

Скифская золотая фигурка
Нащитная бляха с изображением лежащего оленя. Золото. VI в. до н.э.

Бой скифов с грекамиНавершие гребня с изображением сцены боя скифов с греками. Золото. IV в. до н.э.

Маргарита ВАЛЛ, г. Вольфсбург, Германия

Интерес к скифской культуре актуален и в наше время. Свидетельством тому могут служить два замечательных конгресса, прошедшие в Берлине (2007 г.) и в Новосибирске (2011 г.). Местом проведения Новосибирского конгресса стала Денисова пещера на Алтае. Материалы обоих конгрессов содержат информацию о новых достижениях в скифологии. В научных дискуссиях участвовали не только историки и археологи, но и целый ряд других специалистов — антропологи, религиоведы, искусствоведы, генетики и др.

Говоря о Берлинском конгрессе, невозможно не упомянуть о прекрасно организованной и приуроченной к нему выставке под названием «Под знаком золотого грифона» («Im Zeichen des goldenen Greifens»). На выставке были представлены все основные очаги скифской культуры. Впечатляло огромное количество золотых изделий в виде прекрасных украшений для человека и лошадей или сопровождавших повседневную жизнь скифов предметов искусства, найденных в курганах, разбросанных не только по Европе, но и по громадной территории Сибири.

Каково же было отношение Юрия Николаевича Рериха к скифам? Из его писем явствует, что он с большим энтузиазмом занимался исследованиями в области скифологии. Мир кочевников очень увлекал его, и он придавал большое значение не только их собственной культуре, но и её громадному влиянию на окружавший их мир.

Вашему вниманию я представляю краткий очерк о скифах. В нём бегло затронуты лишь отдельные моменты скифской культуры. Наряду с другими материалами использовались и труды Ю.Н. Рериха.

О скифах прежде всего узнал античный мир. Основным источником сведений о них был 9-томный труд знаменитого греческого историка Геродота. В своём сочинении, написанном в V в. до н.э., он подробно описал возникновение и развитие скифской культуры.

Название «скиф» — греческого происхождения с неизвестным значением. Этим именем греки называли ираноязычные племена, кочевавшие в степях северного Причерноморья, т.е. на юге современной России. Как пишет Ю.Н. Рерих, Геродот называл скифами и других кочевников этих территорий.

Скифы-кочевники двигались с востока северного степного пояса, простиравшегося от «Китая до Венгерской равнины», на запад. На Востоке они были известны под именем «саков». Так их называли персы. Юрий Николаевич называл их скифами-саками. Не все скифы ушли на запад, восточные скифы-саки явились основателями мощных очагов культуры на громадной территории от Монголии и Алтая до Тянь-Шаня и Памира.

Вообще, «согласно древнему иранскому преданию прародина древних арийских племён помещалась
в Туркестанском Двуречье. В течение всего I тыс. до н.э. до времени первого появления тюркских племён в пределах Западного Туркестана эта область продолжала оставаться областью иранских племён»1, — пишет Юрий Николаевич.

Как западные, так и восточные скифы-кочевники являлись частью многочисленных ираноязычных пле­мён, которые были когда-то основателями мощной Ахеменидской империи. Этот период владычества и расцвета культуры ираноязычных племён Ю.Н. Рерих назвал эпохой преобладания иранских племён, вписав её в общую историю Средней Азии. Эта эпоха гегемонии иранцев длилась с начала I тыс. до н.э. до II в. до н.э. Затем их сменили хунны.

Скифы-кочевники овладели северной степной полосой Евразии и, начиная с VIII по III в. до н.э., внесли в культуру других кочевников так много своего, что эта эпоха получила название скифской.

Поэтому в археологии «скифы» стали скорее понятием хронологическим, т.е. для обозначения культуры I тыс. до н.э., но не обязательно этноса.

Пишут о скифском «зверином стиле», о памятниках и культурах скифской эпохи, о передвижении народов скифского периода и т.д. — всё это понятия, характеризующие определённый исторический период.

Однако, признавая преобладание скифского начала в культурах других кочевников, никогда не следует забывать, что скифская культура и сама является частью общей культуры кочевников. Очень много общего в материальной культуре кочевников, что объясняется сходным образом жизни. На громадной территории степной полосы кочевали не только скифы, но и монголы, тюрки и многие другие племена.

«Только этой общностью культуры и уклада жизни и можно объяснить некоторые особенности скифского быта, давшие повод утверждать тюркское или монгольское происхождение скифов, которые в массе своей, несомненно, принадлежали к иранцам»2, — писал Ю.Н. Рерих.

Кстати, о языке скифов и саков, не имевших письменности. Судя по именам царей, богов, рода на греческих надписях и монетах, можно отнести язык скифских племён к иранским наречиям. Ю.Н. Рерих относит их к восточно-иранским наречиям.

Итак, Геродот посетил «Скифское царство» западных скифов и в своём упоминавшемся уже 9-томном труде V в. до н.э. описал и географические условия, и государственное устройство, и обычаи, образ жизни, мифологию, религию и многое другое из жизни скифов. Этот труд Геродота явился и является до сих пор незаменимым источником сведений о скифах, как считал и Ю.Н. Рерих. По этим данным о западных скифах можно было реконструировать и образ жизни восточных скифов. Очень интересно сравнивать утверждения Геродота с последующими археологическими находками, сделанными веками позже как на Западе, так и на Востоке, например в Туве, Казахстане, на Алтае.

Остановлюсь лишь на некоторых моментах скифской культуры, касающихся не только скифов, но и всей кочевой культуры в целом.

Начнём с внешнего облика скифа. Он хорошо описан Ю.Н. Рерихом. Скифские воины и кочевники-скотоводы носили короткий, отороченный мехом кафтан, расшитый спереди, широкие шаровары, либо расшитые, либо из узорчатой материи, мягкие сапоги, перехваченные повыше щиколотки перевязью. Длинные штаны забирались в полусапоги. На голове шлемообразное покрытие.

Так же одевались и среднеазиатские скифы-саки, и согдийцы, и хорезмийцы, и фракийцы. Это было типичное одеяние кочевника, которое в первой половине I тысячелетия до н.э. всё ещё появляется на Турфанских фресках.

Вооружение скифов-воинов, так же как и конное снаряжение, носило, по мнению Ю.Н. Рериха, чисто иранский характер. Главное в снаряжении воина — широко известный скифский лук и стрела, скифский короткий меч — акинак. Лук был основным оружием у скифов и «основой конного боя».

Это нашло отражение даже в словаре воинов соседних племён — так, по-грузински лук, а по-свански стрела называются словом «скиф».

Скифская посадка на коне имеет свои особенности и была перенята позднее казаками и горскими племенами Северного Кавказа (например, осетинами): «нога всадника приподнята в колене и отведена назад, носок опущен».

Как скифы, так и саки — европеоиды, хотя нельзя исключать примеси монголоидности из-за смешения племён. Хорошим примером смешанного типа можно назвать носителей пазырыкской культуры Горного Алтая в период V – III вв. до н.э. По исследованиям академика В.И. Молодина, опиравшегося на данные антропологов, этнографов, лингвистов, пазырыкцы представляют собой результат смешения ираноязычных племён, пришедших на Алтай с юго-запада, и самодийских племён, двигавшихся с Саян. Поэтому встречаются и европеоидные типы, каковой оказалась «ледяная принцесса», и монголоидные.

Ю.Н. Рерих проявлял огромный интерес к миру кочевников, этих постоянных «двигателей» истории, зачинщиков переселений народов и смешения племён. Скифы-кочевники тоже очень занимали его, и он уделил им много внимания на страницах «Истории Средней Азии». Но он описал их не обособленно, а во взаимовлиянии и взаимодействии с остальным иранским миром, да и не только иранским. Таким образом, скифы — это часть общего иранского мира, который когда-то, а именно в I тыс. до н.э., решал судьбы многих народов на территории Средней Азии. В этом большое достоинство и ценность его описания. Не отдельно, а вместе, в общем потоке развития материальных и духовных культур оседлых и кочевых иранских племён. И всегда он использовал лингвистический материал как дополнительный или как главный источник при решении исследовательских проблем.

Касаясь религии скифов, Ю.Н. Рерих пишет, что «это дореформенная религия иранских племён»3. Скупые сведения о ней можно почерпнуть у греческих авторов.

Вот имена главных богов, которые почитались скифами: Папай (Papaios — из иран. papa со знач. «охранять») — бог Неба; Апи, его супруга, — богиня Земли.

Если кочевой мир скифов живёт представлениями древних иранских племён, то среди земледельческого населения назревает реформация прежних религиозных представлений. Великим реформатором был Заратустра, живший в период между 660 – 583 гг. до н.э. Как считает Ю.Н. Рерих, «учение Заратустры было попыткой заменить обрядность старой арийской веры этическим учением, которое изложено в так называемых "Гатах"...»4

Не забудем, что приблизительно в это же время Великий Будда реформировал догматические нормы брахманизма. Видно, пришло время для эволюции индоиранского духовного мира.

Интересен культ меча, который известен и другим народам, в частности хуннам и хеттам. Меч у скифов — символ бога войны, имя которого, по Геродоту, Арей (по «Авесте» — Веретрагис). Меч втыкался на вершине холма, и раз в год ему приносили жертвы в виде коней, другого скота и пленников.

Некоторые обряды, описанные Геродотом, имеют свои параллели и у других кочевых народов.

Искусство скифов

Жизнь кочевых скотоводческих племён, хотя и отчасти оседлых, была очень сурова. Постоянно в движении в поисках новых пастбищ, в боевой готовности защищаться или нападать при любых обстоятельствах и любых климатических условиях. Требовалось воспитать прежде всего бесстрашие и мужество, а потому многие обычаи были жестоки и беспощадны. Их прекрасно описал Геродот.

Тем более поражает, что в этих, часто непомерно суровых условиях существования, значительное место в жизни скифов занимало искусство. Трудно представить, чтобы искусство этих «варваров», как их называл Геродот, могло достигнуть такой сложности, изящества, красоты и утончённости.

Главным источником сведений об искусстве скифов являются курганы. На всём протяжении своих передвижений от Китая до Венгерской равнины скифы и другие племена скифского времени оставляли так называемые поминально-погребальные курганы. Размер их иногда очень впечатляющ, особенно если речь идёт о «Царских курганах». Они могли быть до 100 м в диаметре и до 18 м в высоту. Многие из них разграблены ещё в древности, но некоторые явились настоящей сенсацией века, будучи своеобразными «архивами» для истории, а также хранителями несметного количества предметов искусства. Например, в кургане Аржан-2 в Туве было найдено 9300 предметов, из которых 5300 — золотых (раскопки 2000 – 2005 гг.). Это богатейшая сокровищница на территории Сибири и всего Евразийского степного пространства. Или курган Иссык недалеко от Алма-Аты, в котором был погребён «золотой человек» — на нём было более 4000 бляшек и пластинок из золота.

Особое место в ряду сенсаций занимает Пазырыкский курган на плато Укок с «ледяной принцессой», сохранившейся благодаря особым климатическим условиям Алтая. Она пробудила творческие фантазии в художественном мире и интерес алтайцев к собственной истории.

Ю.Н. Рерих и как искусствовед, и как археолог не мог обойти вниманием в своих работах искусство скифов — это удивительное явление скифской эпохи. Он не только выразил собственную оценку скифского искусства, но и был в курсе археологических открытий своего времени. С особым вниманием он следил за достижениями российских учёных, считая их пионерами археологических открытий в скифологии.

Очень значимо высказывание Ю.Н. Рериха, что скифское искусство — это «подлинно кочевое искусство Средней Азии». Особый художественный стиль, распространённый в искусстве кочевников, и «его громадное влияние на искусство соседних культур поставили на очередь вопрос о культурной роли кочевников»5. Реконструкцией мира кочевников, по мнению Юрия Николаевича, должна заниматься новая отрасль восточной археологии — кочевниковедение.

Итак, скифское искусство, зародившись среди иранских племён, значительно обогащалось и изменялось под влиянием других кочевых племён, живших в скифскую эпоху. Заимствуя иранские сюжеты, они вносили в них свои собственные элементы. Таким образом, и Передняя Азия, и Индия, и Греция, и Дальний Восток, и Западная Сибирь оказали влияние на его развитие и определили его своеобразие.

Сибирь, где находилось несколько центров скифского искусства (Тува, Минусинская котловина, Южная Сибирь), внесла настолько большой вклад в его развитие, что оно стало называться скифо-сибирским.

Одним из центров развития скифо-сибирского искусства в V в. до н.э. стал и Алтай, о чём свидетельствуют материалы Катандинского, Берельского, Пазырыкского и других курганов.

Характерной особенностью скифо-сибирского изобразительного искусства является преобладание животных форм, что и явилось основанием для возникновения термина «звериный стиль».

В течение многих веков скифо-сибирский «звериный стиль» занимал центральное место в искусстве кочевников, оказывая влияние и на соседние культуры. Материалом для изображения животных служило всё, что было под рукой, — и войлок, и кожа, и дерево, и, конечно, золото и серебро и др. Изображались различные животные, в зависимости от региона, от времени, от роли того или иного животного как в материальной, так и в духовной жизни племён. На Алтае это были животные местной фауны — лось, олень, горный баран, козёл, сайгак, кабан, барс. Встречались также животные иноземного происхождения — лев и тигр, фантастические звери — грифоны, орлиные и львиные (С.Р. Руденко).

Но самое впечатляющее в «зверином стиле» и, может быть, главная причина его долгой популярности — это динамический характер изображения. В «зверином стиле» отсутствует статика, фигуры животных или сцены с несколькими животными — это не застывшие картинки. Они полны жизни, движения, несмотря на условность, стилизованность изображения.

Можно только восхищаться мастерами, создававшими эти шедевры, их знанием внешнего вида животных и их анатомии, а также поведенческой реакции в разных ситуациях.

Часто преувеличенно подчёркиваются видовые особенности того или иного животного — ветвистые рога оленя, пасть хищника, копыто, кривой клюв грифона и т.д. Лось, олень, козёл изображались часто в позе жертвы, в которой, например, олень представлялся лёжа, с поджатыми ногами и передними копытами, наложенными на задние.

На Алтае были очень популярны сцены борьбы животных или «терзания» — когда одно животное терзает другое. Как правило, хищники или грифоны нападают на копытных, вскакивая на спину и впиваясь когтями.

«Скифо-сибирский звериный стиль» — излюбленная исследовательская тема у искусствоведов. Но она очень интересна и с точки зрения религиозно-мифологической. Животные — неотъемлемая часть жизни кочевников. Несомненно, что некоторые из них имели особое сакральное значение. Ведь для жертвы выбиралось не каждое животное.

Если кочевник украшал себя изображением какого-либо животного, он, как считалось, приобретал и какое-то его качество. Недаром существовал обычай поедания сердца врага или выпивания его крови, чтобы приобрести его качества.

Естественно возникает вопрос: какую возможность являет «звериный стиль» в проблеме реконструкции мировоззрения общин древних кочевников? На эту тему существует очень много интересных публикаций.

О связи человека и животных и символической роли последних может свидетельствовать татуировка на телах погребённых, являющаяся «одним из главных отличительных признаков представителей Пазырыкской культуры» (Н.В. Полосьмак).

Скифо-сибирское искусство исчезло на Востоке раньше, чем на Западе. Где-то в III в. до н.э. нашествие хуннских племён с востока положило конец одной из могучих цивилизаций Евразии. Но искусство её не исчезло бесследно. Во время пребывания в Тибете Центрально-Азиатской экспедиции (1925 – 1928 гг.) Рерихи нашли предметы, украшенные мотивами «звериного стиля» скифской эпохи. Ю.Н. Рерих подробно описал их в своей статье «Звериный стиль у кочевников Северного Тибета». Он оказался первым учёным, представившим живые свидетельства контактов кочевых иранцев с тибетскими племенами.

Опираясь на древние китайские хроники, в частности на китайского историка Сыма Цяня, Ю.Н. Рерих прослеживает историю контактов между тибетцами и иранцами (юэ-чжи). В результате этих древних контактов тибетцы заимствовали у первоначальных носителей «звериного стиля» — иранцев — мотивы этого стиля и использовали их для украшения бытовых предметов и вооружения. Конечно, тибетцы внесли в это искусство и нечто своё, отчего возник «скифо-тибетский звериный стиль».

Так иранские скифы-кочевники соединили Европу и Азию, дав своё имя целой эпохе и её культурным событиям.


1 Рерих Ю.Н. История Средней Азии. Т. 1. М., 2004. С. 138.

2 Рерих Ю.Н. История Средней Азии. Т. 1. С. 163.

3 Там же. С. 174.

4 Там же. С. 179.

5 Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия. Самара, 1999. С. 29.

6 Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия. С. 29.

Рассказать о статье друзьям:
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел : Центральноазиатская экспедиция

Статьи по теме, смотреть список




 

 

 
Мысли на каждый день

...Распознавать людей нужно по огням сердца, по их преданности и готовности к самопожертвованию и всякому сотрудничеству, другого мерила нет.

Рерих Е.И. Письмо от 06.12.1934

Неслучайно-случайная
статья для Вас: